Он долго разглядывал ее с тем самым выражением, с которым смотрел в ресторане. Прикоснулся к щеке тыльной стороной пальцев, а потом вдруг засмеялся.
— «Неделька»!.. Кстати, сегодня воскресенье, и я без спальни. Пустишь?
— А что, в президентском люксе напряг с ковриками? — не осталась в долгу Оля.
Костя покачал головой и снова засмеялся. Потом вновь провел костяшками по лицу. Правильнее было бы, конечно, отбросить его руку и выдать что-нибудь язвительное, но что-то ее останавливало. Наверное, выражение глаз, которые блуждали по ее лицу, как будто ощупывали каждую черточку.
— Я уже думал, что никогда тебя не увижу, — хрипло сказал Костя, и ей расхотелось язвить. Вообще все расхотелось.
Увернулась и отошла в сторону. Сложила руки на груди, будто отгораживаясь.
— Тебе пора.
— Да, мне пора, — он снова бросил беглый взгляд на часы, и у нее заныло в груди. Так переживает, что Диана в номере одна, торопится к ней…
Аверин направился к двери, но, взявшись за ручку, обернулся.
— Я очень хочу думать, что ошибаюсь.
Но прошу тебя, будь осторожнее.
— Если бы я знала, в чем именно мне следует соблюдать осторожность, было бы прекрасно, — начала недовольно, как тут запоздалая догадка ослепила молнией. — Костя!
Аверин остановился и посмотрел тем непонятным взглядом.
— Давиду понадобились твои услуги? Как Ямпольскому? А ты отказался?
— Да, — сухо ответил тот, — я отказался. Поэтому сама понимаешь, что пришло мне в голову, как только я увидел тебя рядом с Давидом. Сто раз подумай, прежде чем соглашаться на его предложения, какими бы заманчивыми они не казались.
Внутри взметнулся целый фонтан, но Оля сумела себя не выдать. Широко улыбнулась, подняла руку и пошевелила пальцами.
— Диане привет.
Аверин сверкнул взглядом, который с самой большой натяжкой не сошел бы за приветливый.
— Спокойной ночи.
***Оля стояла у окна и, нахмурившись, смотрела на вечерний Мюнхен. Настроение было никаким, яркие огни старого города не радовали ни капельки.
Аверин вполне мог оказаться прав, и Давид пригласил ее сюда для того, чтобы надавить на Костю.
При этом его заинтересованность в медицинских навыках Антона сомнений не оставляла. Значит, Оля приехала в Германию «паровозом»? И ухаживания Давида — такая же дымовая завеса, которую в свое время организовал Ямпольский для выкуривания Аверина из своей норы?
Думать от этом было неприятно. А еще и Аверин, явившийся к ней в номер только для того, чтобы об этом сообщить… Так, стоп.
