Спиной ощущаю тяжёлое и неровное биение его сердца. Дима достигает разрядки следом за мной с последними глубокими рывками под низкий и хриплый стон ликования. Убирает ладонь с моего лица, позволяя сделать резкий вдох.
— Тебя мне всегда будет мало, девочка моя... — касается губами виска, понижая голос до хрипа. Притягивает к себе обмякшую, и раннее повисшую на бортике бассейна. — Иди ко мне, маленькая, не то свалишься в воду... Плаваешь ты хреново. Нам с тобой ещё женитьба предстоит... — его тихий смешок заставиляет сердце забиться быстрее.
Глупая улыбка преображает моё лицо.
— Не забудь изъять видео у Макса, умник. Я теперь ему на глаза не смогу показаться.
— Вообще-то это мой дом и моя территория, — возразил Дима, поправляя на мне бюстгальтер. — Считай, никто ничего не видел...
— Ох, — прыскаю со смеху, нащупав обнаженный пах своего героя. — Штаны подними, сексуальный террорист. Весь дом переполошили. Дим, — на секунду замолкаю, рассматривая с замиранием сердца царапины на его лице.
Едва ощутимо глажу их подушечками пальцев, молча радуясь его возвращению. — Больше не убивай меня долгим молчанием.
— Прости... — шепчет на ушко, укутывая своим теплом...
Дмитрий."
"Мягкие розовые лучи восходящего солнца заскользили по моему виску, разбудили меня, как и обычно, с рассветом. Довольно морщась от щекотки, глубже зарываюсь носом в шелковистые волосы Аси на затылке, вдыхаю её любимый, тонкий аромат, ощущая, как по телу растекается будоражащее тепло, сосредотачиваясь в паху твёрдой эрекцией.
Хочу прижать её плотнее к себе, отодвинуть полоску трусиков в сторону и, аккуратно приподняв бедро, погрузиться в горячую плоть как можно глубже, чтобы разум расплылся острым удовольствием, но вместо этого, едва дыша и касаясь твёрдым членом её упругих ягодиц, боюсь пошевелиться, чтобы не разбудить сладко спящую любимую девочку. Ладонью, покоящейся на её животе выше пупка, улавливаю умеренное сердцебиение. С замиранием сердца касаюсь большим пальцем окружности груди, провожу по ней несколько скользящих кругов и тут же останавливаю себя, испытывая невероятный соблазн.
Пусть поспит. Раз вчера смерть не приняла меня в свои объятия, значит судьбою предначертана долгая жизнь. Ещё успеем насладиться друг другом. Все у нас впереди.
В приоткрытое окно доносится пение птиц, шуршание крон старинных сосен. Едва рассвело, и настырный дятел, оседлав ствол на вершине сосны, принялся неустанно долбить по звонкому дереву.
