Чем бы еще занялся, идиот.
Пялиться на бывшую — это ж так полезно для психики, ага…
Зато я ее хоть как-то поддел, хоть чем-то отплатил.
Впрочем, судя по ее прощальному выражению лица, она знатно взбесилась. Оно и неудивительно, после такого качественного маринада из пиздюлей от начальства, кофе и ожидания чуда в моей приемной.
Ей все на пользу. Пусть хоть немного пострадает, сука.
Пусть шестеренки у нее там закрутятся. А то переводить с китайского она научилась, а обращаться с людьми по-человечески — хрен-то там.
Прокручиваю последние две минуты записи еще раз. Ставлю на паузу, разглядывая возмущенное лицо Снежаны. Смакую ее эмоции.
Жаль, камера не передает и половины того, что видно в реальности. Это не слишком качественная запись, из которой даже скрина путевого не сделаешь.
Ну и, собственно, все.
Снежана ушла.
Развлечение на сегодня закончено.
Внезапно вечер становится тусклым, неинтересным.
Да что ж за блядство такое? Что со мной в последнее время творится? Ведь жил же как-то без нее, и нормально жил!
Девку, что ли, какую в номер заказать? Вытрахать весь негатив.
Так ведь не вытрахается. Я пытался и не раз.
Заканчиваю ужин, прохаживаюсь по номеру, соображая, что делать дальше. Внезапно слышу стук в дверь, настойчивый такой.
Кому там что надо?
Я готов сорвать злость на любом, кто попадется под руку.
Однако, когда открываю дверь, на пороге стоит Снежана.
Эффект разорвавшейся бомбы в моей груди.
По венам мгновенно растекается кипяток.
— Ну привет! — тянет она с горящим взглядом, при этом ее грудь чуть не выпрыгивает из ворота блузки.
Видно, что очень хочет добавить к своему «привет» кучу ругательств.
Мне дорогого стоит состроить на лице невозмутимое выражение.
Я улыбаюсь ей, спрашиваю как бы невзначай:
— Снежана, чем обязан? О, прости, я совсем про тебя забыл. Ты меня ждала, да? Но ты не беспокойся, приходи ко мне завтра утром, и мы все решим. Я помогу тебе с… Да с любым делом помогу. Сегодня, знаешь ли, устал, мысли уже не о работе, я кое-кого жду, сама понимаешь.
Завтра утром в моем кабинете, договорились?
— Завтра утром, значит? — запальчиво переспрашивает она.
— Ага, — киваю с самым серьезным видом.
— Чтобы ты явился туда после обеда, а потом снова сбежал, как трусливый пес? — шипит Снежана, кажется, готовая на меня броситься.
— Эй, девочка, — строго на нее смотрю. — Здесь трусливых псов не водится. Только волки. Волков не боишься?
— Хватит придуриваться, Барсег! — кричит она.
Кажется, доведена до края.
