— Я ни в чем не виновата! Я говорила, что не по моей воле…
— Только посмей опять запеть мне свои сказки, только посмей… Только заикнись!
Снежана отшатывается от меня подальше, а потом говорит с обидой:
— А ты что сделал, Барсег? Ты как поступил в ночь нашей помолвки? Тут же нашел себе девушку и член свой в рот ей засунул, еще на видео снял! Помнишь, нет? За волосы меня держал, смотреть заставлял… Один-один у нас!
Я этот момент прекрасно помню. Понимаю, что оно меня не красит.
Но у нас со Снежаной и близко не поровну очков.
Ту девчонку я снял специально для показушного видео, только и сделал, что пару раз ей в рот засунул для вида. Это ни хрена не ставит нас со Снежаной на одну позицию.
— Оставь меня в покое! — просит она. — Хватит травить! Что за детский сад? Серьезно, прошло пять лет, пора уже как-то отпустить, забыть. Сам же говорил…
— Хера с два я тебе что-то спущу, поняла меня? — рычу на нее. — Считай, пожила спокойно и хватит. Я теперь тебя из-под земли достану, если понадобится, я…
— Ты нормальный вообще? — перебивает она.
— Мне что сделать, чтобы ты наконец унялся? В гроб лечь, может тогда…
— Нет, в гроб не надо, — качаю головой. — В постель ко мне ляжешь.
Я, собственно, не собирался предлагать такого Снежане. Постель — это последнее, что я планировал с ней. Изначально хотел попросту выпереть ее из фирмы, причинив как можно больше боли.
Но вот сейчас, когда предложение вылетело из моего рта, понимаю — именно это мне и нужно. Чтобы хоть как-то примириться, унять демонов, бушующих внутри, продолжить нормальную жизнь.
Именно с ней я должен вытрахать весь свой негатив, с ней, и ни с кем другим. Только тогда смогу отпустить.
Однако Снежана с моим мнением, похоже, в корне не согласна.
— Я никогда с тобой не лягу! — кричит она.
— Еще как ляжешь! — говорю с чувством. — Захочешь сохранить работу, ляжешь. Или с другими можно, а со мной ни-ни? Прямо как во время нашей помолвки…
— О чем ты говоришь вообще? — трясет руками она. — С какими с другими? Уже многих других мне приписал, да?
— А что, все было не так? — запальчиво продолжаю.
— Ага, расскажи мне по тридцатому кругу свои сказки. Только вот у меня на них иммунитет. С другим, значит, как за здрасьте и даже на камеру. А со мной вся такая целка-невредимка… Сколько их у тебя было? Хоть раз честно ответь! Блядь!
Когда я это говорю, Снежана вдруг подается вперед, замахивается и бьет меня по левой щеке. Больно бьет! Звук пощечины разносится по всему номеру.
