Но в доме родителей Жени особо не покуролесишь, а та занятость в которой пребывает мой любимый, вообще не располагает к интиму.
Для меня остаётся лишь пара часов ночью.
Благодаря Марине, маме Евгения, и девчонкам, не могу сказать, что грущу. Они стараются изо всех сил развеселить и приобщить к их ведьмовскому шабашу, как говорит Женя.
Но я чувствую, что все эти потуги, улыбки и желание привлечь моё внимание, не из-за праздного любопытства, или отношения ко мне лично. А ради отвлечения внимания.
Хитро манипулируя, девчонки ежедневно вырывают меня из раздумий и заставляют участвовать в их играх.
Но сегодня я по-тихому слиняла из бассейна.
И вот стою в одном купальнике, подслушиваю разговор мужчин и тихо-тихо скулю, потому что этого просто не может быть…
Самсонов на свободе…
На свободе…
Как? Как такое может быть?
— Эльвер думает, что он придёт за Адой, — сквозь вату в ушах слышу голос отца Жени.
— Но ты так не думаешь, — утверждает Женя."
"— Я думаю, он придёт за тобой, — выдыхаю дробно сгустившийся страх.
— Всё же это ты забрал у него абсолютно всё. И Аду, и деньги, и положение…Такое не оставляют безнаказанно.
— Какие будут идеи? — раздаётся незнакомый голос.
От него у меня мурашки по спине. Глубокий, тихий, словно сама преисподняя говорит.
— Пойдём по проверенному способу… — слышу последнее, потому что в эту минуту ощущаю, как на плечо ложиться чья-то рука.
Вздрагиваю и оборачиваюсь.
Передо мной невероятной красоты женщина. Рыжие локоны аккуратно уложены на плечах, ярко-голубые глаза с хитринкой, блестят словно сапфиры, а лукавая улыбка, будто обещает развлечения.
Прижимает указательный палец к губам, требуя тишины. Киваю, повинуясь и всматриваюсь пристальней.
Уж очень она мне напоминает одну знакомую…Очень…
Рыжая!
Только чуть старше, безусловно красивая и такая же шальная, как оказалось в итоге.
— Подслушиваешь? — тихо спрашивает. — Не хорошо, знаешь, да?
— Угу.
— Вот и я знаю, но очень люблю это делать, — становится с другой стороны двери.
Улыбаемся вдвоём и ловим продолжение разговора.
— …это рискованно, Евгений, — продолжает глубокий, медово-ужасающий голос. — Не думаю, что это хорошая идея.
— Другой нет. Этот урод и так отобрал у нас с Адой дохрена времени. Ещё месяц, в лучшем случае, ждать пока полиция его найдёт, не хочу. Я хочу жить с Адой. Нормально. Не бояться.
— Хорошо, — встревает другой голос. Тоже мне не знаком. — Раз другого выхода нет, тогда идем самым простым путём. Ловим на живца.
