— И всё же? — не унимается Матвей.
Его голос звучит в отдалении, сливается со стонами и шуршанием. С помощью парней кое-как сажусь. Скопившуюся во рту слюну и кровь, сплёвываю на пол. Эта квартира и так напоминала барак, а теперь стала просто свалкой поломанной мебели.
— Ты как? — осматривает меня Матвей.
— Нормально, но рёбра походу сломал сука, — целой рукой прохожусь и стону от боли.
— Кто это сделал? — повторяет вопрос Артём. Он у нас тоже боксёр. До встречи с Мышкой, частенько участвовал в нелегальных боях.
— Сначала больница, потом допрос, — как всегда рассудительно расставляет приоритеты Матвей.
Антон подхватывает и помогает подняться. Опираюсь на него и Матвея.
— Тёмыч, — поворачиваю голову назад. — Этого не забудь.
— Угу, — и сразу слышу отборные маты сквозь зубы. Блондинчику тоже досталось.
В больничку едем двумя машинами. В одной я, в другой блондин. Лежа на заднем сиденье, размышляю что это такое произошло?
Нет, мозги мне не отбили, я соображаю за что выхватил пиздюлей.
Просто не могу понять, всю суть драмы, которая была разыграна в той холупе?
Кто он ей? И кто она вообще?
И этот безумный, полный ужаса взгляд, когда псих уводил её…Может муж? Или парень…Вероятнее всего. И нахрен такие отношения? Бежала бы от него…осекаюсь…А ведь она и бежала…
Прикрываю глаза. Несмотря на плавных ход иномарки Матвея, кажется, что меня в центрифуге выкручивает.
Улетаю подальше от боли, в тот день, когда эта зараза свалилась на мою голову.
«Отпусти, скотина! Останови! Я не вернусь к нему!»
От него ты бежала тогда в феврале? Вся избитая и порезанная, без одежды толковой…Сцепляю крепче зубы, чтобы не заорать.
Не приемлю насилие над слабым. И не важно девушка или парень. Если противник слабее, значит он в априори не противник, а жертва.
Как можно избивать девушку — не понимаю. Для меня это чуждо, слава Богу. Но таких утырков знаю. Им нравится издеваться, избивать и делать далеко не приятные вещи. Это даже не БДСМ — это просто клиника.
Психопаты с властью и деньгами. Всегда остаются безнаказанными.
Решение…
— Спасибо, — на автомате бросаю медсестре.
Она выходит не до конца прикрывая дверь. Тут же заходят парни. Рассаживаются на стулья, Матвей встаёт у окна.
— Расскажешь? — спрашивает Тёмыч.
— Особо не чего, на самом деле. Я и сам нихрена не понимаю, — ерошу волосы. Сейчас на мне надеты спортивные штаны и белая майка. Непривычно.
В них чувствую себя комфортно, но необычно.
