Выглядел он не очень, бледный, взъерошенный, синяки под глазами. Рукава рубашки закатаны до локтя, верхние пуговицы расстёгнуты.
Он подходит к кровати и садится, молча берет мою руку в свою и нежно гладит тыльную сторону ладони.
— Прости меня, родная. Это все моя вина. Я думал, что ты в безопасности, а оказалось, они все рассчитали. Прости, любимая.
Илай опускает голову на мою руку и целует, сначала каждый пальчик, потом ладонь. Мне так хотелось протянуть руку и погладить его по волосам. Утешить, сказать, что люблю его, но воспоминания о его грубых словах еще свежи, и я не могу так просто простить, мне нужно время.
— Как Зевс? — Задаю самый волнующий меня вопрос.
— В стабильно тяжелом состоянии. За ним наблюдают, сделали операцию и если переживет эту ночь, завтра будут делать переливание крови.
— Если бы не он…
— Я знаю милая, знаю. Все будет хорошо. Он сильный мальчик, он справится. Как только выздоровеет, вместе заберем его домой. Я буду рассказывать тебе об изменениях в его состоянии, ты только не нервничай.
Тебе нужно отдыхать и набираться сил.
После его слов у меня закрались сомнения, вдруг доктор сказал про мою беременность.
— Что сказал доктор? — осторожно спрашиваю.
— Сказал, что у тебя сотрясение, ну и гематомы на лице, но они быстро сойдут. Я обо всем позабочусь. Лекарства скоро привезут, он там целый список составил.
— Хорошо. Я устала. Хочу отдохнуть.
— Конечно, конечно. Спи милая, набирайся сил. Потом поговорим. Прости меня еще раз. Позволь мне просто полежать с тобой рядом, не хочу тебя отпускать.
Илай ложится на свою сторону кровати, и осторожно кладет свою горячую руку мне на талию, а я закрываю глаза и стараюсь поскорее уснуть.
— Я люблю тебя, моя Снежинка. Безумно люблю. — Признание тихим шепотом срывается с губ Илая, поворачиваю голову в его сторону, смотрю в глаза, и вижу в них искренность, но не могу ответить взаимностью, хоть в глубине души и люблю.
24 Глава
Ворон
Состояние Таи понемногу становилось лучше, она очень переживала за Зевса, но к счастью он тоже идет на поправку.
Медленно, но верно. Хантер скучает, тоскует по брату, поэтому я позволяю ему почти весь день проводить с Таей. Собаки очень сблизились и полюбили хозяйку, я был поражен их преданности, и безумно им благодарен.
Миша тоже поправляется, скоро обещают выписать и, конечно же, я распорядился, чтобы его отправили в лучший реабилитационный центр страны.
К сожалению наши с Таей отношения не изменились, она не хочет подпускать к себе, закрылась.
