– Чтобы снова гнуть свою линию? В который раз сказать, что я не потяну? Ну спасибо за веру в меня, Макар Ильич!
– Вера тут совершенно не при чем, как ты не понимаешь? – Макар тоже снижает голос, но в нем все еще звенит раздражение и злость. – Тебе просто там не место. Хозяйственное, семейное, гражданское, налоговое… столько отраслей права, а тебя заклинило! В деле своих родителей ты ничем не поможешь, этим должны заниматься правоохранительные органы.
– О, и ты, конечно, веришь в справедливость, – выдаю я язвительно.
– Ни хрена подобного. Именно поэтому этим делом занимается Богомолова. Потому что она проконтролирует. А что сможешь сделать ты, кроме того, что объяснять следователю, насколько важно это дело для тебя?
– Что ж, тогда, полагаю, я должна быть благодарна за то, что ты познакомил меня с Ириной. Спасибо! – И надо бы это произнести нормальным тоном, а не выходит, меня всю трясет.
– Ну почему ты все перекручиваешь?!
– Я не перекручиваю! Я действительно тебе благодарна.
Если бы ты не познакомил меня с Ириной…
Я не договариваю, потому что Макар отворачивается и, запустив руку в волосы, становится у окна и смотрит сквозь стекло. Я хаотично роюсь в своей голове, чтобы подобрать правильные слова, а тем временем успокоиться. Гордеев должен знать, почему я так восстаю против его мнения, но мне это плохо удается. Еще и бабушка советовала быть покладистее с мужчиной. Считаю до пяти, медленно выдыхаю и подхожу к Гордееву со спины.
Прижимаюсь, обнимая за талию. Он стоит с руками в карманах стильных брюк, и пока никак не отвечает на мой жест.
– Меня обижает, что ты даже не хочешь попытаться принять мое мнение, – негромко произношу я.
– Как и ты – мое.
– Свое ты навязываешь. Толком не объясняешь, почему считаешь, что мне не место в уголовной отрасли.
– Сонь, это грязь. Такая черная и вязкая, от которой потом не отмыться. Ты другого склада характера, чем та же Ирина.
Она достаточно легко воспринимает все процессы уголовного производства. Но даже она мучается кошмарами, если ты не в курсе. Для женской психики уголовка – это тяжело, здесь действительно нужен не стальной, а титановый стержень внутри. У тебя его нет. Ты достаточно сильная, но не для этого. В тебе нет достаточно цинзизма и пофигизма. И тебе не нужно становиться сильнее, чтобы даже самой себе доказать, что ты можешь.
