– Что именно? – я отворачиваюсь и начинаю доставать из сумки джинсы и футболку, чтобы переодеться из купальных шорт.
– Мы уезжаем раньше из—за меня?
– С чего ты взяла? – хмуро спрашиваю я.
– Почему ты отвечаешь вопросом на вопрос?
– Потому что я не понимаю логики тех, которые задаешь ты.
– Посмотри на меня, пожалуйста, – ее голос становится тише. Я крепко сжимаю челюсти и, скрыв эмоции, поворачиваюсь к Софии. Она смотрит на меня с опаской, слегка прикусив пухлую губку.
– Почему ты решил уехать раньше, чем собирался?
– Я же уже озвучил причину, у меня наметились дела.
– И ты только узнал о них?
– Да.
Софья прищуривается.
– На озере?
– Да.
– Тебе позвонили?"
"– Да, – твердо отвечаю я, хоть и вру напропалую.
– Тогда ладно. Я уже собрала свои вещи, – она отрывается от двери, подхватывает свою небольшую сумку и идет на выход. – Буду ждать тебя внизу.
Как только дверь за Соней захлопывается, я тяжело вздыхаю и тащусь в ванную. Принимаю душ, чищу зубы и спускаюсь вниз, полностью готовый ехать домой.
Черт, отвезти бы Софью и вернуться к друзьям, остаться до завтра. Так не хочется сваливать. Мы с Витей планировали небольшой пикник на озере, но оставаться нельзя, а тащиться потом назад тоже как—то не с руки.
Я выхожу к бассейну, где все сидят так же за столом у бассейна, болтая ни о чем.
– Поехали, Софья, – говорю я, а у самого от раздражения аж голос звенит. Хорош именитый адвокат, который не может держать эмоции при себе.
Она грациозно поднимается из—за стола и идет ко мне спокойным, но решительным шагом.
Слегка прищуривается, поравнявшись, а потом берет мою руку, поднимает ее выше, вкладывает в нее мой телефон и, глядя в самую душу голубыми глазищами, медленно – практически по буквам – произносит:
– Твой телефон лежал на столике у бассейна. Пока ты был на озере, никто не звонил. Ну или я просто не услышала.
Бля—я—ядь, вот это провал. Так адвокат Гордеев еще не лажал. Продолжая держать лицо, насколько это еще возможно после такого очевидного фиаско, я подхожу к Богомоловым.
– Ну ты и придурок, – качает головой Ира.
– Я в курсе, – бурчу, обнимая ее и целуя в щеку. – Спасибо за все.
– Ох, и пожалеешь ты, Гордеев, – говорит она, обнимая в ответ.
Мы прощаемся с ней, я в который раз обещаю в скорости повторить визит, а потом Витя провожает нас с Софьей до машины. Он тепло прощается с Силантьевой, берет с нее обещание приехать снова, а Соня, бросив на меня взгляд, кивает Вите.
