– Я уже поняла, что вы не оценили порыв, – обиженно произносит она.
– Ешь, Софья, скоро от тебя совсем ничего не останется.
– В каком смысле?
– Похудела сильно за эту сессию.
– С чего вы взяли?
– С того, что не слепой.
Ее щеки тут же вспыхивают, как и вспыхнуло у меня в голове. Ну что за идиот? Осталось только прямым текстом сказать ей, что дрочу на ее образ. Эх, Макарка, совсем плохой стал.
– Так кто надоумил, Софья? – строго спрашиваю я, усаживаясь напротив.
– Девочки с пятого курса сказали, что так сдавала какая-то Марина, – отвечает она, откусывая от бутерброда.
– Еще одна дуреха бестолковая, – бубню себе под нос. – Послана была Марина и пересдавала она с комиссией.
– Меня тоже пошлете?
– Сначала чаем напою.
– А потом пошлете?
– А потом домой отвезу. Родители тебя не видели, когда из дома выходила?
Софья бросает на меня взгляд, полный ненависти. Настолько жгучий, что меня даже слегка передергивает.
– Не видели.
– И хорошо. Их бы наверняка Кондратий хватил. Еще утром была приличная девочка, а теперь вот это вот все.
София резко вскакивает со стула.
– Я уже поняла, что не нравлюсь вам! Не обязательно так резко высказывать свое мнение!
Нравишься, София. Пиздец, как нравишься. Но не для тебя эта информация.
– Сядь на место, – приказываю резким тоном, и она застывает.
– Знаете, что? Командовать будете на экзамене. А я поехала домой. Я, в конце концов, свободная женщина.
– Сядь, свободная женщина, и допей спокойно чай. И мы обсудим сдачу экзамена.
Она снова замирает, выключая боевой режим, и грациозно проскальзывает задницей на стул.
Снова обхватывает чашку и делает глоток чая.
– В чем проблема с подготовкой к экзамену? – спрашиваю я, сложив на столе перед собой руки.
– Да нет проблем! – вскрикивает она. – Я подготовилась.
– Ну так приходи на пересдачу и сдавай.
– Почему в первый раз вы меня завалили?
Я усмехнулся.
– Тебя даже валить не надо, ты сама все за меня сделала.
– Это потому что я волновалась!
– В суде в Гааге, думаешь, волноваться не будешь, Софья? Да там все будет еще хуже, чем на экзамене.
– Вы меня недолюбливаете.
А вот это правда. Но не по той причине, что думает София. А потому что не дает мне покоя эта маленькая ведьма. Теперь, с приходом лета, когда ее обычные джинсы плавно трансформировались в короткие шорты и легкие сарафаны, я ее не просто недолюбливаю, теперь уже я готов рвать на кусочки.
Вскакиваю с места, и стул с грохотом проезжает по кафельному полу.
