Совсем. Набираю Богомолова и после короткого приветствия спрашиваю:
– Как ты отпустил Настю в прокуратуру?
Он смеется.
– Что, Сонечка тоже хочет?
– Вить, мне не до шуток.
– Она сказала, что если я не отпущу, то сделает это сама, без меня. Типа, спрашивать не будет, просто бросит меня.
– И ты поверил?
– А что мне оставалось? Она бы бросила.
– Блядь, – рычу, откидываясь на спинку кресла.
– А что тебе не так? Ну пойдет девочка, все равно же будет под присмотром. Вон к Настене в отдел устроим, будет как у Бога за пазухой.
Ты чего пенишь?
– Слушай, ну Настя твоя не Соня. Эта выглядит как Бэмби, ее сожрать хочется.
– А ты еще не сожрал? – со смехом спрашивает Богомолов. – Ну ты даешь!
– Витя, – предупреждающе произношу я, потому что знаю, что дальше пойдут его любимые скабрезные шуточки.
– Ладно—ладно, не кипятись. Но я бы отпустил, чтобы не портить отношения. В конце концов, ты не можешь диктовать, чем ей заниматься. К тому же, насколько я понял, у тебя и прав—то таких нет. Слушай, дашь ее номер?"
"– Да пошел ты! – рявкаю и отключаюсь.
Знаю, что он просто стебется и не позарится на Соню, когда я уже очертил границы, но все равно злюсь. Нет, не так. Лютую. Внутри меня просто Армагеддон развернулся, никак не могу справиться с эмоциями.
Отшвыриваю папку подальше, и тут в дверь раздается тихий стук, а потом она приоткрывается и заходит виновница моего настроения.
– Можно? – я резко киваю, и Софья плавно вплывает в кабинет. Красивая до слепоты. В светлом платье, бежевых босоножках, волосы подколоты с двух сторон и свободно свисают за спиной.
Она закрывает дверь и делает пару шагов в кабинет. Пиздец, Софья, лучше б не приходила.
Я встаю из—за стола, обхожу его и упираюсь бедрами в столешницу.
– Подойди ближе.
Она делает несколько шагов, настороженно глядя на меня. Чувствует вибрации, которые от меня исходят.
– Еще.
Как только Соня оказывается в шаге от меня, резко хватаю ее за руку и, крутанув, укладываю животом на столешницу. Она пытается отбиваться, пока моя рука задирает подол платья.
– Вы что?! – задыхаясь вскрикивает она. – Ты что?! Макар, не надо!
Я чувствую ее панику, дрожь тела, когда хватаюсь за ее трусики и сдираю их с бедер, спуская до колен. Мой внутренний зверь танцует и срывается с привязи, когда я вижу голую попку, которая маячит перед моим взглядом. Мозг заволакивает туманом, голова кружится. Кажется, я перегибаю, но как иначе я покажу ей?
– Макар, пожалуйста! – выкрикивает Соня, пытаясь вырваться из моей хватки.
