Глава 19
Вечером я снова везу Софью к себе. Мы буквально вваливаемся в мою квартиру, не переставая целоваться. Я проникаю руками под ее длинную тонкую юбку и сжимаю сочные половинки ягодиц. Соня стонет мне в рот, царапая затылок, а потом обвивает мои бедра ногами, как только я дергаю эту сочную задницу вверх."
"– Разуться, – шепчет она мне в губы, а я качаю головой.
Наощупь сбрасываю свои туфли и несу Софью дальше в квартиру. Прижимаю к каждой свободной поверхности, чтобы вжаться в нее еще крепче, потереться твердым членом о ее промежность и застонать в унисон от переполняющих ощущений.
Где—то по дороге Софья умудряется извернуться так, чтобы по очереди сбросить свои босоножки, которые с грохотом встречаются с паркетом. Губы уже саднят от жадных поцелуев, перемежающихся с укусами, и голова кружится от нереальных ощущений. Я даже не знал, что так бывает. Обожаю секс во всех его проявлениях: жадный, быстрый, медленный и томный, горячий и порывистый, но такого, как с Софией, у меня еще не было. Когда все эти ощущения смешиваются в одно и хочется смаковать женщину, растягивая удовольствие, и в то же самое время растерзать ее буквально за каких—то десять минут.
Бросаю Соню на кровать, и она заливисто смеется. Срываю с себя пиджак, галстук и расстегиваю рубашку. Как только снимаю ее, Соня тут же садится на край кровати и перехватывает мои ладони на поясе брюк. Смотрит так, что член дергается, рвется к ней.
– Можно я?
– Соня…
– Ну пожалуйста…
Она округляет глаза и так жалобно смотрит на меня.
Это могло бы оттолкнуть, но нет, не отталкивает, заводит еще сильнее. Киваю, опуская руки по швам. Соня закусывает губу и медленно щелкает автоматической защелкой на ремне, немного с ней повозившись, и наконец тянет за хлястик, добираясь до ширинки. Меня бросает в жар, когда она задевает пальчиками волоски на животе, по телу тут же бегут мурашки. Соня так же медленно, словно издеваясь, расстегивает пуговицу на брюках и тянет молнию вниз. Хочется поторопить ее, но я торможу себя, напоминая, что она впервые раздевает мужчину.
По крайней мере, хочется в это верить. Софья спускает брюки по моим ногам и, как только они падают на пол, я наклоняюсь, чтобы снять носки.
Восторженный взгляд Софьи пробуждает во мне нечто дикое, собственническое. Хочу схватить ее и накрыть своим телом, но она вцепляется в резинку моих боксеров и смотрит жадно и вопросительно. А я – с вопросом, что же она будет делать дальше. Развожу руки немного шире, оставляя ей поле для деятельности.
