Моя (не)зависимость

– Более того, – продолжила говорить Виталина Аркадьевна, – мой мальчик не только вырос и стал настоящим мужиком, но и выбрал замечательную спутницу. Ты даже не представляешь, как я рада, что у вас все настолько изменилось. Я ведь не слепая, видела все. Видела, как мой сын на тебя смотрит.

– То есть вы не возражаете? – брякнула я первое, что пришло на ум.

– Смешная ты, Леська! – расхохоталась тетушка. – Почему я должна возражать? Я знаю тебя. Знаю Кира. Уверена, что его чувства не ослабнут даже через сто лет. Как и твои, кстати.

Ведь вы дети своих родителей.

Тетушка Вита приобняла меня за плечи. А я поняла, что перестала трястись, точно осиновый листочек на ветру. Ведь я никогда не боялась родителей Кира. А сейчас, когда практически вошла в их семью под другим статусом, переживала.

А здесь, словно тяжкий груз с плеч свалился.

– И да, очень тебя прошу, – хохотнула тетушка Вита и даже отпила чай из моей кружки. – Не вздумай звать меня на «вы» и по отчеству.

– Хорошо, – закивала я, не скрывая улыбки. – Еще чаю?

Тетушка согласно кивнула, принимая предложение.

Я сбегала в дом, приготовила чай, прихватила пирог, который мама пекла ранним утром, и мы с будущей свекровью устроили посиделки. Я и сама не заметила, как пролетело время. Очнулась, стоило из-за угла дома появиться Семе, а следом за ним вышел и мой Кирилл. И если первый беззаботно улыбался, то второй – немного хмурился. Тревожный блеск в глазах Грома исчез лишь тогда, когда мой парень обнял меня своими надежными и крепкими руками.

Глава 31

Кир был с дороги, но пах просто изумительно.

Его одежда источала аромат свободы и ветра, который стал настолько родным мне, что уже трудно было вспомнить, как я раньше без него обходилась.

Я и сама не заметила, как прильнула к плечу Грома. В какой-то момент мне стало абсолютно неважно, что скажут мои родители. Главное, Кирилл был рядом.

Когда проснулась Маруся, наши мамы начали суетиться на кухне, готовя ужин на две семьи в четыре руки. Разумеется, меня никто не отпустил к ним на помощь. Так мы и сидели, обнявшись, в беседке.

Семен, ехидно улыбаясь, обосновался на лавке напротив нас с Киром. И даже если мой парень многозначительно смотрел на друга, пытаясь внушить тому парочку четких мыслей о том, что кое-кому пора скрыться в доме, то Семен намеренно не реагировал.

– Что ж, – решительно заявил Кирилл, поднялся на ноги, увлекая и меня за собой, – мне нужно принять душ и переодеться.

Семен откровенно заржал, довольный собой и своим невыносимым характером.