Моя (не)зависимость

С трудом удержалась от того, чтобы отвесить брату внушительный подзатыльник. Спас Гром, перехватил мои ладони, одну прижал к своему животу, а вторую спрятал в свой карман, заставив обнять его. Это был абсолютно милый, нереально нужный мне жест. Потому что, да, я умудрилась соскучиться по Кириллу.

Как только за нашими спинами хлопнула калитка дома Пчелкиных, мы с Киром, не сговариваясь, рванули к крыльцу. Из моей груди рвался смех, я совершенно не скрывала своей радости. Ведь Кир здесь, рядом! И в нашем распоряжении целый дом.

Но ведь нам не нужно столько места. Нам хватит и комнаты Кира. Да что там! Как оказалось, нам хватило и душевой кабины в его спальне.

Раздевались мы на ходу, торопливо и лихорадочно. Словно боялись не успеть. Словно не виделись миллион лет. Словно еще минуту назад между нами пролегала целая пропасть, а сейчас, в один миг, все изменилось.

Мое сердце грохотало так, что едва не выскочило из груди. Дыхание Кира обжигало мое плечо, шею, висок. Я помогала парню сбросить всю пыльную, пропахшую дорогой одежду.

Кирилл отстранился всего на миллиметр, чтобы включить воду нужной температуры. А я, дрогнувшими пальцами, перехватила флакон с мужским гелем для душа. Я не думала о том, что мои волосы не успеют просохнуть до ужина, и все наши с Киром близкие поймут, чем именно мы занимались в доме Пчелкиных. Все, о чем я думала: быть максимально ближе к моему Грому.

В какой-то момент флакон с гелем отлетел в сторону, а мои руки заскользили по напряженным мышцам моего мужчины. Я боялась взглянуть в его глаза.

Боялась утонуть в них. Потому что знала: стоит посмотреть, и я перестану существовать. Потому что в этом красивом взгляде было слишком много жажды и нетерпения. И да, любви. Огромной, сумасшедшей любви.

– Лисенок… – хрипло шепнул Кирилл."

"Его уверенные теплые пальцы коснулись моей щеки. И я не удержалась. Мои ресницы дрогнули, взметнулись вверх. Взгляд моего мужчины обжигал, обещал, пленил, подчинял себе. И я, точно завороженная, потянулась к нему.

Стоило оказаться в крепких руках Грома, как весь мир исчез.

Остались лишь мы, наши ощущения, наша близость, жаркие прикосновения и жадные поцелуи.

Я и не помнила, как мы не вышли, а буквально вывались из душевой кабинки, а потом чудом добрались до постели. Кирилл крепко, но бережно удерживал меня своими обжигающими ладонями, зафиксировал руки над головой, словно не позволял касаться его влажной от воды кожи.

– Кирюш? – простонала я, но я была уже потеряна, оторвана от реальности.