Моя Нирвана

Не мудрая, утонченная и аристократичная Кристина Самойлова, а чокнутая психопатка, покончившая с собой, несмотря на маленького сына. Эгоистка до мозга костей, ведь только эгоисты способны совершить такой поступок.

Отвращение к этой женщине, в утробе которой я по какой-то причине зародился, нарастает все больше и больше, а вместе с ним и отвращение к самому себе. Ведь я — часть нее.

Глухой смех вырывается из груди, когда я вдруг понимаю, что мой биологический отец, скорее всего, такой же, как и она. Ведь от кого могла родить наркоманка и алкоголичка? Только от такого же наркомана и алкоголика, как и она сама.

Не от приличного же парня с высшим образованием.

Новая порция громкого истеричного смеха эхом проносится по склепу, заставляя крыс метаться из угла в угол, а летучую мышь рассекать воздух. Теперь понятно, почему в такой гиперумной семье Самойловых я был пожизненным двоечником. Ну да, а в кого мне быть отличником. Не в наркоманов и алкоголиков же.

Я отрываюсь от лица Виктории и решаю пройтись по склепу, чтобы посмотреть, кто тут еще погребен.

Помещение довольно большое, но очень старое. Серые бетонные стены уже сыпятся, с потолка падает штукатурка. Наверное, это считается престижным — иметь собственный семейный склеп, в Москве большие проблемы с похоронной землей. Все кладбища держат несколько мафиозных групп, которые наживаются на семьях умерших, продавая землю для погребения втридорога.

Факт наличия собственного семейного склепа — пусть и в таком чудовищном состоянии — означает, что моя биологическая мать была явно не из простой семьи.

Съехавшая с катушек дочка богатых родителей? Не исключено. Этот вопрос мне тоже нужно будет задать, когда придет время.

Я останавливаюсь у самой первой могилы. Совсем старый памятник, с которого на меня смотрит пожилая женщина. Степанова Людмила Сергеевна. Судя по годам жизни, она умерла 22 года назад в возрасте 75 лет. Рядом с ней Степанов Степан Юрьевич. Умер 26 лет назад в возрасте так же 75 лет.

Интересно, кто они мне? Бабушка и дедушка? Или прабабушка и прадедушка?

Рядом с ними третья могила, в которой покоится Ведерникова Александра Степановна.

Она умерла 15 лет назад в возрасте 55 лет.

Я подхожу к последней, самой дальней могиле. Она маленькая и с маленьким памятником без фотографии. Степанова Ангелина Валерьевна. Она умерла на следующий день после того, как родилась.

Отчество Валерьевна заставляет меня вернуться к могиле биологической матери. Она тоже Валерьевна. Сестры? Ангелина младше на 10 лет.