— Очень соболезную вам, кёрста Элен, такое горе, такое горе…
Этому нехитрому приему я обучилась давным-давно — если хочешь смутить собеседника, смотри ему в лицо, но не прямо в глаза. Смотреть нужно на точку между его бровей. Тогда собеседнику кажется, что ты человек холодный и отстраненный, он не может поймать твой взгляд, и начинает нервничать. Именно этим я и занималась сейчас, глядя на морщинку между рыжеватых седых бровей.
Как многие рыжеволосые, купец имел светло-голубые глаза. Не знаю, чего он ждал от «бедной сиротки», но явно не такого спокойствия.
Похоже, я слегка выбила его из колеи. Наконец он собрался с духом и заговорил:
— Кёрста Элен, девушка вы молодая, но надеюсь, разумная. Поскольку у вас не осталось старших родственников, способных позаботиться о вас, то я хотел бы сделать вам очень выгодное предложение. У меня есть сын, которому давно пора обзаводиться семьей, род у нас не бедный, и вас прокормим, и младшенькие ваши голодать не будут. А потом и к делу их приставим.
Произнося эту речь трок Валим с каждым словом чувствовал себя все более уверенно.
Кроме того, имея на руках долговые расписки семьи, явно понимал, что деваться мне некуда. На самом деле я даже не знала есть ли мне куда деваться или купец прав, но и показать ему это я не могла. Немного затянув паузу, я дала совсем не тот ответ, который он ожидал:
— Мне нужно подумать, трок Валим.
Купец раздраженно засопел, полез в карман и вынул перевязанную бечевкой весьма толстую пачку бумаги. Листы отличались по цвету и качеству, некоторые из них были весьма потерты.
Потрясая у меня под носом этой пачкой вскочивший со своего стула мужчина попробовал надавить:
— Это вот, кёрста Элен, долговые расписки ваших родителей! Ежели я, допустим, отнесу их в Сообщество защиты, то вы с родней через пять, много-шесть дней на улице окажитесь!
Я молчала до тех пор, пока раздраженный купец не уселся на свое место, теперь уже снисходительно глядя на меня. Выдержала еще одну паузу, дождалась пока он открыл рот, желая что-то сказать, и ответила:
— Трок Валим, я хотела бы знать общую сумму по этим распискам.
— Двадцать две тысячи ферков, ежели со всеми процентами брать! — победительно ухмыльнулся он.
Мне нужно было время чтобы понять сколько это — ферк, достаточно ли продать особняк, являюсь ли я сейчас совершеннолетней, и кучу других вещей. Поэтому, глядя между рыжих бровей на резко обозначившуюся жирную складку, я спокойно ответила:
— Я хочу подумать над вашим предложением, трок Валим.
