— Ань… — его голос приятным бархатом проходится по коже.
Я же не ответила на его вопрос.
— Нет, не отправила. Мне вдруг стало так жутко. Представляешь, она реально желала мне смерти. Я думала, интернат, это предел ее ненависти ко мне, а оказалось… Макс, она хозяйкой здесь хочет быть, — в носу предательски начинает щипать.
— Не паникуй, — он берет меня за руку. Садится на кровать и устраивает меня у себя на коленях. — Отправляй запись отцу. Эту проблему должен решать он. Если боишься, давай я отправлю.
А я боюсь.
Правда боюсь. Сама не знаю, почему. В этом чувстве нет логики, оно просто свербит у меня в груди, частично вытесняя приятное тепло от Макса. Оно мешается. Его хочется взять и вырвать с корнем. Авдеев прав. В этом надо разобраться отцу. Только я думала показать ему эту запись, когда он приедет из командировки. А вдруг Ви что-то сделает, и я не успею?
Разблокирую мобильник и протягиваю Максу. Пусть сам, а я еще немного им подышу. И не удержавшись, целую его в шею. Он шумно выдыхает и возится в телефоне, пока я замираю в своей уже любимой позе.
Поглаживаю пальчиком верхние позвонки, до которых можно добраться через ворот футболки. Макс усмехается, крепче прижимает меня к себе одной рукой.
— Отправил. И написал, что я у тебя.
— Спасибо, — снова целую его в шею.
— Давай поедим, а, — жалобно просит Макс.
— Еще две минутки. Ладно?
Я еще чуть — чуть хочу его почувствовать. Это теперь моя персональная успокоительная таблетка. Макс дает мне эту возможность. Все портит мой вновь заурчавший желудок.
Приходится слезать с колен парня и распаковывать почти остывшую пиццу.
Мы решаем ее не греть. Вместе забираемся на мою кровать, выбираем фильм на ноутбуке и смотрим, поедая «Маргариту».
Отец звонит только к вечеру. Я даже не обижаюсь. У меня тут Макс и я погружена в его присутствие полностью. Мы успели сделать все задания на завтра, насмеяться и даже немного подраться подушками, после чего я все же получила свой долгожданный поцелуй, который так и не решилась попросить.
— Ты как, малыш? — звучит обеспокоенный голос родителя.
— Уже лучше. Меня спасает Макс, — признаюсь папе.
— Это хорошо. Будь умницей, ладно? Не натвори там ничего без меня. Я сейчас закажу билет и первым рейсом прилечу к вам.
— Правда прилетишь? — не верится.
— Конечно, Ань. Дай мне Максима, пожалуйста, на две минутки. Мы с тобой потом еще поболтаем.
Протягиваю Максу мобильник. Он здоровается с отцом, отходит к окну, угукает, даже кивает в ответ.
