Моя простая курортная жизнь 6

— Ай! — внезапно подскочила на месте одна коварная задница, ощутив мягкий, но острый пластик под ребром.

— Ты уже все? — с невинным видом поинтересовалась моя милашка, ласково тыкая ей искусственным ножичком в бочок. — Могу я потанцевать с моим парнем?

— Да все-все, валю! — Алена оглядела свеженанесенный кровоподтек на щеке моей девушки. — Как-то странно ты претендуешь на побед… Ай! — подпрыгнула она, получив тычок еще и в задницу, и, потирая свой латекс, спешно ретировалась.

— С виду яндере, а по факту какой-то Ведьмак, — посетовала Дана, занимая ее место, — отгоняю от тебя всякую нечисть.

А они все прут и прут, — сверкнула она глазами в сторону с ухмылкой палящей на нас Влады, — толпами…

— Тяжелый вечер, да? — я обнял ее, собираясь закружить в танце.

— Просто не думала, — со вздохом сказала моя аниме-девочка, уже и не зная, куда деть этот чертов нож, чтобы как следует обнять меня в ответ, — что это будет так сложно… Хочешь всем нравиться — никому не нравишься. Хочешь, чтобы никто не лез — все лезут еще больше.

Никогда не бывает так, как хочешь…

— А может, просто быть собой? — посоветовал я, глядя на фейковую кровь на милом личике. — И все будет гораздо проще…

— Тебе легко говорить, — светлая макушка легла мне на плечо. — Ты всем нравишься, тебя все любят… у тебя все проще…

Возможно, со стороны так и кажется. Возможно, я делаю все, чтобы со стороны так и казалось. Но правда в том, что это не так — я нравлюсь далеко не всем. Просто я научился с этим жить.

— Хочешь, — обнимая ее еще крепче, шепнул я, — расскажу историю про одного мальчика, который смог?

— Ну хорошо хоть не про девочку… — прильнув ко мне еще теснее, пробормотала моя милаха.

— Ну девочка там тоже есть. Без нее истории бы и не было. Девочка, к которой этот мальчик был не равнодушен. Можно сказать, сходил по ней с ума — по-детски, конечно, но сходил. Вот только девочка эти чувства не разделяла. Даже хуже: она ими пользовалась. Эти чувства были для нее просто поводом требовать, чтобы мальчик был тем, кем ей хотелось, чтобы он был.

Вел себя так, как ей хотелось. Говорил так, как ей хотелось. А всякий раз, когда он был не тем, она просто игнорировала его, забывала, что он существует, чтобы он даже не думал быть собой…"

"Дана попыталась нежнее меня обнять, но ей явно мешал этот дурацкий нож. Она перекинула его из одной ладони в другую, по-другому взялась за рукоятку, даже загнула лезвие — однако тут явно что-то было лишним.

— А потом ему надоело.