Моим сердцем, о наличии чувств которого я даже не предполагал.
Она моя одержимость. Моё безумие. Мой завтрашний день. Моё стремление и моя будущая жена.
Осознание этого снова делает меня твёрдым. Хотя не сказать, что мой член упал, даже несмотря на то, что я делал с Полиной так долго. Настолько долго, что в итоге я сбился со счета, сколько раз она кончила от моих рук. Сколько раз она отключалась и приходила в себя.
Ох, блядь, я животное.
И если быть честными с собой, то ощущаю себя насильником.
Выкинув окурок в окно, я закрываю его на форточку и натягиваю на себя трусы.
Должно быть, воды в джакузи уже достаточно, я включил набираться её сразу же, только отстранился от неё. Теперь я подхожу к измотанной Полине — с её кукольного лица понемногу сходит красный оттенок. Пока я её трахал, она была красной.
Моя застенчивая девочка. Даже в моменты, когда я довожу её до оргазма, она так реагирует на меня.
Присев на крае кровати, я провожу большим пальцем по засохшей слезе на щеке, спускаюсь к подбородку и останавливаюсь на нижней губе.
Я так сильно измотал её, что она периодически отключалась и в конце концов заснула.
Ею нельзя не наслаждаться. Особенно, в таком положении. В такой позе. В таком виде.
Всё в ней кричит о том, что она принадлежит мне. Пухлые губы, которые принимали мои поцелуи. Налитая грудь, которая терпела мои пальцы и язык на себе. Широко расставленные ноги, которые она даже не смогла сомкнуть, уснув. И её распухшая киска, из которой вытекает моя сперма. Она засыхает на внутренних сторонах её ляжек вместе с её кровью.
Каждый миллиметр этого тела. Каждая её мысль. Любая эмоции.
Всё, всё принадлежит мне. Она принадлежит мне.
Я псих?
Пиздец, потому что я псих. Определённо, точно, без каких-либо сомнений.
Словно чувствуя моё присутствие так близко, она распахивает сонные глаза и хлопает ресницами — словно пытается привыкнуть к приглушённому свету бра.
— Стас, я заснула, — медленно произносит она.
— Да, малыш. Я заметил.
— Прости.
— Это я должен просить прощения, — моя рука скользит к её шее, я нащупываю учащённый пульс, словно она боится повторения нашего секса.
Да блядь, она боится этого, потому что я трахал её, как невменяемый. Трахал, не останавливаясь, заливая и заливая её своей спермой, и потом всё начиная по-новому. И когда я кончал в неё последний раз, что-то во мне сломалось.
Я понял одну вещь.
Дело не в том, сколько у меня не было секса. Дело в Полине, именно в ней, в том, как я хочу её, как я зависим от неё, как одержим.
