Никогда такого не делала, но с Белым мне удивительно нравится совершать необдуманные поступки.
— На диване лежит, — он даже не пытается отвернуться. Жадно осматривает меня, пока я стараюсь сдержать красноту.
— Не подашь?
— Не-а, меня вид устраивает.
Шлёпаю мокрыми ступнями через половину комнаты, хватая полотенце. Разворачиваюсь спиной, уж лучше не видеть мне взглядом этого парня.
А то снова понадобится душ.
Провожу по рукам, промакиваю волосы. И оборачиваю вокруг груди, завязывая полотенце. Только оно короткое, едва прикрывает бёдра.
Не спрятаться, даже для вида.
— Эль, разговор есть.
Отец так же начинал, когда пытался сообщить, что у него дама сердца появилась. И тогда, и сейчас мне тон не нравится.
— Я сейчас волосы высушу и вызову такси, — киваю, пытаясь сгладить углы. — У тебя есть фен?
— Фена нет и не предвидится, — Белый делает ко мне несколько шагов. Как хищник к добычи. Легко прижимается, теребит пальцами узелок на груди. — Я тебя отпускать не собираюсь.
— Звучит как угроза, — хотя мне совсем не страшно.
— Так что за разговор?
— В душе… В общем, я без защиты был. Я чист, постоянно проверяюсь для работы. Но…
— Белый, чёрт бы тебя побрал!
Пихаю его в плечо, отлетаю. Хочется закатить истерику и сказать много лестного. Сдерживаю себя, делая короткие вдохи.
Без защиты.
И кончил прямо в меня.
Супер, Эмма, хорошие девочки так и залетают.
— Шик, — киваю, беря себя в руки. — Аптеки возле тебя есть? Мне эскапел тогда нужен или что-то такое…
— А эскапел это…?
— Экстренный контрацептив.
Не думаю, что ты готов становиться папой, тем более со случайно девушкой из клуба.
— Ну если у неё будут твои косички…
— Дурак.
Бью парня по ладони, когда он пробирается под полотенце.
Снова рядом, снова касается.
Ощущение, что у него желание совсем не пропадает.
И я нимфоманкой становлюсь рядом с ним, никаких афродизиаков не нужно.
— У тебя есть зарядка? — нахожу свой телефон в сумочке, спасаясь от парня бегством. — Мне бы хоть на пару процентов зарядить.
— На все сто можешь, я же сказал, что не собираюсь тебя отпускать.
Ты мне обещала глинтвейн. А свои обещания, Эль, выполнять нужно.
Киваю, едва сдерживая улыбку.
Обещала.
И уезжать совсем не хочется. Хотя ведь после таких случайностей, обычно, сбегают сразу после случившегося. А Белый даже не намекает, что мне пора. Сам оставляет, никуда не отпуская.
А я остаюсь, направляясь к холодильнику.
Тут уютно, хотя типичная холостяцкая берлога. Тарелки в раковине, разводы на плите.
