Айдар склоняется к ее ушку и шепчет что-то на крымскотатарском. Я различаю только отдельные слова. Бабочки дружно вспархивают в животе.
— У меня три сестры и семь племянниц, Айлин."
"Не знаю, хотел ли Слава эпатировать, но получилось знатно. Губы сами собой складываются в пораженное «о-о-о», я тоже ищу поддержки у Айдара. Смотрю на него растерянно. Он просто улыбается. Видимо, знал.
— Иногда мне кажется, я знаю о женщинах даже больше, чем хотелось бы.
Смущаюсь. Шарю взглядом по успевшему наполовину опустеть столу, потом снова смотрю на Вячеслава.
— Но это очень полезные знания.
— Конечно. И я их успешно применяю. — В этом я совсем не сомневаюсь. И речь не о милом подыгрывании нашей с Айдаром дочери.
Вячеслав производит очень сильной, близкое к неизгладимому, впечатление.
Он действительно умен. За словом в карман не лезет. Будь у меня возможность оценивать его, как мужчину, я бы, возможно, дала высший бал. Но мое умение атрофировано одним единственным болезненным чувством.
Бросаю еще один взгляд на Айдара. Он в этот момент меняет тарелки. Ставит перед собой тарелку Сафика и начинает ее кормить. Сердце привычно колет вина и любовь. Они столько пропустили…
Мы так перед ней виноваты…
Смотря вниз, Айдар уточняет:
— Про спектр и частоту применения своих знаний моей жене можешь не рассказывать.
Не просто неуместную, но еще и бессмысленную поправочку «бывшей» я глотаю. Встречаюсь глазами с Айдаром. Он прощупывает, как оно… Я не протестую. Сдаюсь, розовея.
Жене — так жене.
Слава в это время смеется.
Мне кажется, мужчины уже наелись, сейчас больше крутят приборы в руках и беседуют. Хотя изначально на еду набросились с искренним аппетитом. Хвалили каждое из блюд. Я соврала бы, сказав, что воспринимала это, как данность.
— Только потому что ты просишь. Кстати, Айлин, — Слава стреляет взглядом в меня. Я слегка напрягаюсь. — Вы знаете, что он в университете даже одной преподавательнице сердце разбил? Никого не жалел.
Я, конечно же, не знала.
Сердце бьется быстрее. Слава Айдару просто шуточно мстит, а во мне разжигает самая настоящая ревность.
Смотрю на Айдара, тот закатывает глаза. А я хочу… Подробностей.
— Преподавательнице? — Переспрашиваю, Слава шире улыбается. Поймал меня на крючок. Рад. Айдар ругается тихо-тихо.
— Там ничего не было, Айка. Кого ты слушаешь?
— Гостя твоего, — настраиваю на своем. Салманов фыркает. А Слава благодарит меня за поддержку уважительным кивком.
