Моя вина

Он же был в тюрьме! Даже если его выпустили, невозможно было предположить, что он начнет нас разыскивать и похитит меня. Отчаяние овладело мной.

Я стала тянуть за цепь, стараясь ее порвать, но она лишь предательски звенела. Слезы застилали мне глаза, и я ненавидела себя за это. Как я могла быть такой идиоткой? Как я могла не принять угрозы всерьез? Почему я не поговорила об этом с Николасом…

Он сейчас, наверное, сходит с ума и, возможно, винит себя во всем. Я не должна была выходить одна на улицу. Если бы можно было повернуть время вспять и исправить свою ошибку…

Я услышала, как кто-то открыл дверь.

– Ты проснулась… Хорошо, – сказал он, закрывая за собой дверь.

Приглушенный свет в комнате позволил мне рассмотреть его темные глаза с опущенными уголками, и голову, выбритую под ноль. Рядом с правым глазом у него появилась новая татуировка – змея, такая же страшная, пугающая и опасная, как он сам.

Он осторожно подошел и сел рядом со мной на кровать.

– Я должен сказать, что мне очень нравится видеть тебя на этой кровати, привязанной и полностью в моем распоряжении, – признался он, бегая по моему телу похотливыми глазками.

Я прокляла тот момент, когда решила надеть обтягивающее платье, но сейчас не могла ничего поделать, кроме как пытаться контролировать свое дыхание и страх, который не давал мне возможности пошевелиться.

– Не знаю, знаешь ли ты об этом, но у тебя потрясающее тело, – сказал он, положив мне руку на обнаженное колено.

Я попыталась отстраниться, но он крепко прижал мою ногу к матрасу.

Боже мой, этот человек может сделать со мной все что угодно!

– Знаешь, когда я предложил тебе посоревноваться со мной на гонках, то и подумать не мог, что ты дочь одного из великих гонщиков NASCAR. Ты в самом деле взбесила меня, когда выиграла. И если я ничего не путаю, ты сказала, чтобы я научился водить, и обозвала меня придурком.

Его рука начала медленно подниматься по моей ноге.

– Не трогай меня, – приказал я ему, не имея возможности вырваться из его рук. Как мне хотелось, чтобы все это было просто ночным кошмаром, чтобы, проснувшись, я оказалась в объятиях Ника.

– Тебе придется заплатить придурку, как ты выразилась, за все, красавица, – объявил он, проводя своей рукой по моему бедру. Я сдвинулась в сторону, но он лег сверху и прижал меня своими бедрами.