Мокрое дело водяного

Почему я не побоялся, что Федор меня узнает? А как ему это сделать? Мы не общаемся, фамилия теперь у меня другая, мужиков по имени Георгий Петрович полно, да и хозяин не интересуется, кто в его отсутствие в сортире ковырялся, рабочими командует управляющая. Вот и все. Я вам сказал правду. Бутылку попросила открыть баба, и она ее унесла. Презумпцию невиновности в России отменили? Нет? Тогда не я вам должен доказывать, что не совершал преступления. А вы должны доказать, что я преступник. Прощайте.

– Подождите, – попросила я.

 – Можете составить фоторобот таинственной женщины?

Макнин-Норин стоял молча. И тут в полной тишине раздался голос:

– Тридцать шесть и семь.

Георгий посмотрел на меня.

– Что?

– Это телефон, прикольный звонок, – соврала я, и в ту же секунду мой мобильный завибрировал. – Так как насчет фоторобота?

– Со скамьи подсудимых меня пересадили на место свидетеля, – ухмыльнулся Георгий. – Вы не полиция, ничего мне сделать не можете. Смысл мне время терять?

– Георгий Петрович, – вкрадчиво сказала я, – с одной стороны, вы правы.

Но если посмотреть с другой… Да, полковник более не в штате, но он столько лет ловил преступников всех мастей, я еще не родилась, а Александр Михайлович был уже опытным следователем.

Дегтярев начал краснеть.

– Тридцать семь, – сообщил градусник из живота толстяка.

Я повысила голос:

– Вы, наверное, догадываетесь, сколько друзей у Дегтярева среди тех, кто противостоит нарушителям закона? Разве трудно сделать звонок кому-либо из них?

Макнин-Норин упер в меня тяжелый взгляд, а я щебетала:"

"– Почему я попросила вас помочь нам? Бутылка и пробка.

Если вы отравитель, то оставлять крышку со следами своей крови – все равно что паспорт на тумбочку положить. Глупость мог совершить человек неопытный. Но вы-то не один год в бараке провели, хорошо знаете про ДНК, про то, что ваш анализ хранится в базе. Вы не идиот, полагаю, нашли бы возможность убрать улики. Но они остались на месте. Поэтому я прошу вас помочь в составлении портрета. Извините, я не верю в существование женщины. Но нельзя обладать стопроцентной уверенностью в любом деле или ситуации. Всегда нужно спросить себя: а вдруг? А вдруг дама подходила к сантехнику? А вдруг Георгий говорит правду? А вдруг нам надо искать некую особу? В ваших интересах сейчас составить фоторобот. Потому что, если мы узнаем, кто просил вас открыть крышку, это исключит вас из списка подозреваемых.

– Я всегда нравился бабам, – усмехнулся Макнин-Норин, – часто от них помощь получал.