Молчание матерей

Сарате обедал в «Синем лебеде», бесцельно шатался по Вильяверде, однажды даже забрел в барбершоп Бирама. Поговорил со множеством людей, но никто не видел Гильермо с девушкой.

– Ты не против, если я к тебе присоединюсь?

Рейес находилась на задании уже больше недели.

Мануэла подсела к Сарате за стол под телевизором, тот же, который они занимали в прошлый раз. Она так же широко улыбалась и снова заказала фуа-гра с белыми грибами.

– Не могу удержаться, – призналась она.

– Надо было нам раньше поговорить… – пробормотал Сарате.

– О чем? – безмятежно спросила Мануэла, но тут же широко распахнула глаза, словно поняла, что допустила промах. – Ой, прости… Я думала, это был просто секс, ничего больше. А для тебя разве нет?

– Да, именно так. Я просто хотел убедиться, что мы смотрим на это одинаково. Секс, и ничего больше.

Мануэла сделала глоток «Аквариуса» и, как ни в чем не бывало, заговорила о старом деле, на которое наткнулась в архиве Буэндиа. Двенадцать лет назад на стройке нашли мертвую собаку.

Никто не придавал этому особого значения, пока труп не вскрыли и не обнаружили внутри пакет с килограммом кокаина. Вскоре полиция вышла на сеть наркоторговцев. Под видом активистов благотворительной организации они отлавливали бродячих псов якобы для отправки в приют, но в действительности использовали их для передачи товара клиентам. Бедные животные!

Сарате слушал ее молча. Ему нравились ее энтузиазм и принципиальность. В юности он и сам был таким… Способен ли человек, осознав свои ошибки, вернуться на развилку, где когда-то свернул не в ту сторону, и исправиться? Сарате подумал об Элене: как хорошо им было вместе… И как он страдал, когда после дела «Пурпурной Сети» она от него отдалилась.

Почему люди, недовольные собой, так часто барахтаются в болоте собственных разочарований, ничего не предпринимая? Сарате знал: Элена рядом, она любит его, он может опереться на нее, чтобы снова стать собой. Не знал он одного: почему не решается принять от нее помощь.

Элена разговаривала с Рейес дважды, и та уверяла, что все идет отлично: ее позиции в Отделе постепенно укрепляются, хотя случая обсудить с коллегами Гильермо Эскартина пока не представилось.

Элена продолжала ездить к Михаэле. Часы, проведенные с девочкой, пролетали незаметно, и на это время инспектора покидало ощущение, что все ее поступки лишены смысла. Алисия, соцработница, сказала, что биологический отец Михаэлы больше не давал о себе знать.