Молчание сфинкса

— А сейчас вами тоже движет просто любопытство? — в упор спросил Никита.

Волков помолчал секунду, смотря вдаль.

— Нет, я бы так не сказал. Сейчас, как бы это не слукавить… Я ищу объяснений, ищу выхода. Мне как-то дискомфортно, тревожно. И, что скрывать, очень и очень неспокойно на душе. Когда убили отца Дмитрия, я… я горевал о нем, но я думал — это трагическая случайность. Сейчас, когда следующей жертвой стала эта бедная женщина, талантливый ученый, искусствовед, я… невольно стал сомневаться в случайности этих смертей.

— Мы тоже сомневаемся в их случайности, — съязвил Никита, — Но все равно я не вижу связи.

— Ну, возможно, ее и нет, этой связи, — Волков пожал плечами. — Я просто рассказал вам случай, которому был очевидцем. И потом здесь у нас разное болтают на эту тему.

— Например?

— Ну, например, говорят — для чего, по-вашему, проводятся все эти грандиозные по здешним меркам ирригационные работы вон там, на берегу? — Волков изящным кивком указал в сторону парка.

— Малявин говорил про ремонт дренажной системы и проблему отвода грунтовых вод.

— Да, да, конечно, фунтовые воды. Отвод… Часть берега с давних пор сильно заболочена. Пострадали фундаменты парковых павильонов. Один вроде как и совсем затоплен. Полностью. А двести лет назад, во времена Бестужевой, все здесь было совершенно иначе. И пруды были меньше по площади. И береговая линия другой. И сами павильоны были целы, а под ними, возможно, имелись и какие-то подземные сооружения, ходы, например… Если что-то кем-то в те времена здесь в окрестностях и было зарыто, спрятано, — Волков усмехнулся, — то искать это что-то, как у нас тут некоторые говорят, нужно, сверяясь именно с той, давней топографией местности и с первоначальными планами застройки территории усадьбы.

«Где есть толк от электронного металлоискателя с химическим анализатором и спектрографом, — мысленно закончил Никита.

— Тогда с отцом Дмитрием точно был Алексей Изумрудов? Вы не ошиблись? — спросил он Волкова.

Тот явно не ожидал возвращения разговора к прежней теме:

— Да, совершенно точно: Это был он. Очень красивый парень Я бы сказал — преступно красивый для нашего развращенного века.

Фразой этой Волков невольно проговорился.