Молчание сфинкса

И кажется мне — дело это давнее у них. Далеко зашло.

Мещерский тогда стал горячо возражать — да ты что, с ума сошел? Но быстренько запутался в возражениях и примолк. От таких бесед было только хуже — собственные догадки вторили словам Колосова. А как раз таких догадок-то, таких открытий он не желал.

нна подошла к ним. Салтыков развел руками — кто к нам пожаловал: здравствуйте, бонжур. Вид у него был обрадованный и смущенный. И немножко, самую малость — блудливо-виноватый.

— Анечка, голубчик…

— Рома, здравствуйте.

— Анечка, дорогая…

Мещерский убрался от них — от греха подальше. Пусть сами разбираются. Он оглядывался по сторонам, ловя себя на мысли, что ожидает увидеть вслед за Анной Ивана Лыкова. Но его не было, он не приехал. Слава богу!

Он подошел к Леше Изумрудову и Вале Журавлеву, что-то обсуждавшим вполголоса.

— Как они долго возятся, — бурчал Журавлев, — Как мухи ползают дохлые. Куда Григорич наш смотрит, неужели нельзя копать поживее?

— Возьми лопату да помоги. Копают как умеют, — огрызнулся Изумрудов.

Прошло полтора часа. На ветру. У стылой воды. У Мещерского зуб на зуб уже не попадал.

— Все, шабаш, пока достаточно! — наконец крикнул Малявин, грузно спрыгивая в яму. Под его ногами была хоть и запачканная глиной, но явственно различимая каменная кладка. Кирпичи были темно-бордового цвета, невелики по размеру, неровны.

Долорес Дмитриевна, поддерживаемая снизу Малявиным и рабочими, а сверху Валей и Изумрудовым, тоже спустилась вниз. Попросила немного чистой воды — смыть грязь и песок. Затем, низко наклоняясь, придирчиво и долго изучала омытый кирпич.

— Без сомнений — кладка восемнадцатого века, — сказала она, распрямляясь. — Возможно, даже первой четверти столетия. Кирпич явно голландский, привозной. Кладка лейденская.

— Пробьем небольшой шурфик, Роман Валерьянович? Рискнем? — спросил нетерпеливо Малявин.

Салтыков вместе с Анной подошел к раскопу.

— А вдруг там вода внизу? — сказал он. — Нет, сначала все надо так обследовать. Давайте металлоискатель.

— Я, я за ним сбегаю! — вызвался Валя Журавлев. Мещерский проводил его взглядом — парень помчался как лось по аллее к дому.

Наблюдали за этой сценой через монитор и Катя с Колосовым.

— За пищалкой своей электронной пацана снарядили, — прокомментировал Никита.