— Думай обо мне, что тебе заблагорассудится, но я хочу, чтобы ты взял ее и был счастлив, — пробормотал Лиам, открыто признавая собственное поражение.
— Я вернусь в Нью-Йорк и больше не буду стоять на вашем пути.
— Ты не можешь так поступить! Ты сломаешь ее, — настойчиво произнес Хаммер.
— Помнишь? Она любит тебя. Не смей даже думать о том, что за последние два дня мы ничего с ней не добились, ведь эти три слова прямые доказательства обратному.
— Я помню, — признался Лиам.
— Но…
— Но — точка.
Хаммер затряс головой.
— Мы нужны Рейн оба. Она любит нас обоих. Думаю, что этот факт и является тем, из-за чего ты сломался: столкнулся с невозможностью изменить данное положение вещей. Я прав?
Лиам вздохнул.
— В своих мыслях и в сердце я уже сделал ее своей."
"— Мы оба сделали одно и тоже, но ты должен кое-над чем поразмыслить. Если ты уйдешь, то оставишь меня с женщиной, способной посвятить мне лишь половину своего сердца. Другая половина принадлежит тебе. И я не могу провести всю жизнь с ней, зная, что никогда не сделаю ее полноценной.
— Я не пытаюсь оставить тебя с женщиной, у которой для тебя лишь половина сердца, Макен. Но я просто не вижу, как…
— Тогда разуй глаза! Рейн — это все, в чем мы когда-либо нуждались, — настаивал Хаммер.
— У нас есть шанс помочь не только ей, но и себе. И ты понимаешь это так же хорошо, как и я. Проклятье, ты чувствуешь это так же, как и я.
Лиам не ответил, отчего Хаммеру захотелось как следует его встряхнуть.
— Ты можешь представить, что больше никогда к ней не прикоснешься? Вообще никогда?
В попытке отстраниться Лиам поморщился.
— Нет. Я люблю ее слишком сильно, чтобы оставлять ей лишь половину сердца.
— Тогда не уходи.
После долгой паузы Лиам сделал глубокий вдох.
— Полагаю, все могло быть гораздо хуже. Мне нужно быть благодарным за то, что она не влюбилась в какого-нибудь ублюдка типа Бека.
Хаммер не удержался и расплылся в ухмылке, чувствуя наплыв облегчения. Даже Лиам выдал некое подобие улыбки.
— Хочу, чтобы ты знал, что ранее сегодня днем, я задал тот вопрос неспроста.
Он прожег дыру у меня на заднице и крутился в голове неделями до этого. Мне было необходимо знать, осчастливило бы ее наличие моего ребенка или нет.
Хаммер прошелся пальцами по волосам.
— Разве тебе самому было не интересно?
— Я слишком опасался того, что ответ мне придется не по вкусу.
— А что, если бы она залетела от тебя? В таком случае, ты бы хотел знать ответ?
Лиам откинулся на спинку кресла.
— Конечно.
