Я направил туда зудящую от жара руку.
Вот это получилось мощнее! В лицо ударил огонь, чуть не спалив мне брови и ресницы. Я отвернулся и отбежал ещё дальше. Пламя било высоко вверх, постройка вспыхнула мгновенно. Огонь уже не красный, а обычный.
Вот теперь можно скрываться. Но они явно были против моего ухода.
Та-та-та-тататата!"
"Они завели риггу, свой древний ржавый Эквит. Гнилой шагоход едва не разваливался от вибрации. Из труб коллектора, торчавших прямо в плечах, в небо ударили снопы искр и густой чёрный дым.
Прожектор на груди начал шарить по деревне, разыскивая меня. Где-то чуть подальше завели панцирник.
— Найдите его! — звучали крики совсем рядом.
Они хотели меня окружить. У кого фонарь, у кого факел, у кого вообще нет ничего. Виден свет в лесу. Возвращались те, кто искал меня там. Услышали взрывы и увидели огонь.
Я отступал, чтобы не попасть в клещи.
Раздался очень громкий треск совсем рядом. Гусеничный панцирник давил палисадники, ломал засохшие плодовые деревья и крушил сараи.
Он искал меня. Башня крутилась во все стороны. Сверху торчал командир с биноклем.
Он меня увидел и запрыгнул в башню. Начал стрелять спаренный пулемёт.
Пули засвистели над головой. Я пригнулся и побежал за дом. Длинная очередь прошла по земле и врезалась в стену бревенчатого дома, выбивая щепки. Потом стрелять перестали.
Похоже, потерял меня из виду. Но вместо пулемёта на башне включилась прожекторная лампа.
Прожектор горел и на ригге.
Они меня окружили.
Теперь уж точно.
Тататата! Завелось быстрее, и не так громко. Катафракт, я узнаю его по звуку двигателя.
Ну теперь сваливайте, парни, они все у меня. А мне надо куда-то сбежать. Иначе мне хана. А у меня столько планов для моей жизни, которая внезапно ко мне вернулась.
Я высунулся из-за дома, и прожектор чуть меня не ослепил. Следом короткая очередь из пулемёта. Он держал меня на мушке и ждал, когда я покажусь. Панцирник поехал ко мне, наверняка хотели раздавить вместе с домом.
С другой стороны шёл Эквит. И крики кучи людей вокруг.
И это все мне одному. Я сжал цепь. Живым не дамся. Сдохну, но никогда больше не стану пленником или арестантом.
Земля задрожала.
— Отходим! Он идёт!
Двигатели панцирника взревели, меня окатило вонью игниума из выхлопных труб. Он куда-то уезжал, даже не добравшись до меня. Я выглянул.
Эквит поворачивался навстречу новой угрозе. Катафракт шёл к нам на максимальных оборотах двигателя.
