— Один раз сел за рычаги — будешь водить риггу всю жизнь.
— А, вот вы где! — раздался звонкий голос у двери.
Вошла Мария Загорская, моя троюродная сестра по легенде, и правнучка по факту. В руке она держала толстый бумажный свёрток, из которого пахло чем-то печёным и вкусным.
— Ну чего же вы не показываетесь! — воскликнула она. — Ладно, Марк. Но ты, Рома, мог бы зайти к нам в класс. Тут уж слухи ходят, что вас там всех постреляли, а вы сидите здесь как ни в чём не бывало.
— Не хотел отвлекать от занятий, — сказал я.
— Всё хорошо.
— Отвлекать от занятий, — обидевшимся голосом произнесла Мария. — Отвлеклись бы разок, я же переживаю. А ты как, Марк? — она склонилась над ним. — Сильно болит?
— Уже нет, — он смущённо откашлялся. — Просто лежу, всё спокойно."
"— А мы почти закончили ремонт, — в палату вошёл Валентин Климов и нагло улёгся на свободной койке. — Скоро подготовка к соревнованиям, а у нас уже всё готово, пока вы тут…
— Валь, ну какие соревнования? — с укором произнесла Мария. — Марк в госпитале! Ему надо отдыхать! А не заниматься машиной.
— Так Рома же никуда не делся, — близнец показал на меня.
— Да и я скоро оклемаюсь! — Марк будто оправдывался.
От шума юных звонких голосов заболела голова. Я поднялся с табуретки.
— А где Катерина? — спросил я. — И что в этом свёртке?
— Сама напекла, — Мария улыбнулась и подала мне оттуда пышную, ещё тёплую булочку. — Попробуй!
Не удержался и сразу откусил. Корочка хрустнула. Внутри какой-то джем, вроде яблочный.
— А мы не мешаем? — вдруг спросила она.
— Может, нам уйти? Тебе же надо спать, Марк.
— Да сидите, — сказал Марк. — А то мне скучно одному. Можно мне тоже одну?
— Вы тогда оставайтесь здесь, — я поднялся и доел булочку парой укусов. — А мне надо кое с кем поговорить. Так где Катерина?
— Была на занятии, потом пошла помолиться к духу предка, — сказал Валентин. — Со мной она не разговаривает, только с Марией и Анитой. И то очень редко.
— Понял. Увидимся завтра. Покажете, что там натворили с шагоходом.
Я оставил их поболтать, а сам вышел на улицу, запахнул куртку и пошёл к общежитию.
Знаю, про какого духа они говорили. Про старый алтарь возле женской общаги, где уже очень долго, говорят, ещё со времён до моего рождения, горела свеча предка.
Только зачем это нужно Громовой? У неё есть амулет, но она вроде не молится предкам.
Алтарь всё ещё на месте, а свеча горела, огонёк чуть колебался на ветре, будто собирался потухнуть. Но эти свечи не тухнут, даже если бросить в воду или закопать.
