Молот империи 5

 — Да, я был третьим, кто это получил. До этого орден был только у Юрия Климова, он же Варг, и генерала Чердышенского, у которого я был адъютантом по молодости. Сейчас их дают чаще. Но суть не в этом. Это он так принёс мне извинения?

— Вроде того.

— Старый хрыч. Что там дальше?.. Но не всем можно верить. Твой дядя не часть нашей семьи, пусть он и похож на тебя… Поясни, что это?

Изысканных блюд на столе нет, но я не придирался. Взял вилку и наколол запечённое на углях куриное бёдрышко в соусе. От него приятно пахло приправами.

Мария рассказывала что-то взахлёб из своей жизни до академии, остальные на неё смотрели с небольшим недоумением. Ян и Анита, выросшие во дворцах, вряд ли особо понимали, о чём она говорит.

— Помнишь, когда мы только приехали на север? — спросила Катерина. — Ты показал мне курительную трубку. Я сказала, что у дяди Димы была такая же…

— Помню.

Когда Бокан внезапно навестил меня на кладбище, куда я пришёл повидать первую семью. Угрожал, но вместо этого огрёб и свалил.

Только зачем он приезжал? А ещё показался в тюрьме. В чём смысл?

— Этот дядя Дима, — медленно проговорил я. — Как ты говорила, друг твоего отца?"

"— Да. Но он может быть тем самым…

— Он и есть тот самый Дмитрий Бокан, — я кивнул. — Курит, как паровоз, одноглазый и бородатый. А ещё секретный советник твоего деда, о котором не знал даже Радич. Теперь считает себя главным в империи. Похож на нас, как пишет старик. Да, действительно, — я вспомнил землетрясение и все эти его фокусы, которые он показывал раньше.

На улице темнело, а лампы на потолке тусклые. Я всмотрелся в текст. Ян тем временем разливал вино левой рукой, немного пролив на стол.

— Я знаю, кто он, — продолжил читать я. — У него тоже есть секреты и слабости. Часть из них спрятана в ночном городе, где уснул стрелок. Там ключи, которые откроют дверь к истине… А вот это уже другое. И почему ты мне не сказала об этом письме? Тут любому ясно, что это намёки, причём несложные.

— Я тогда прочитала первые строки, и чуть не выбросила письмо, но стало жалко, и я его убрала в бумаги. Сегодня вспомнила, что там было написано, и перечитала.

— Разбираемся дальше, — я постучал пальцем по бокалу с вином, потом подумал и отпил. Немного кислое. — Ночной город — наверное, Мардаград, да? А кто такой стрелок?

— Мой папа, — Катерина вздохнула. — Он был канониром на боевой ригге. Дед называл его стрелком, вроде как с гордостью.