Молот Пограничья. Книга II

Лишить себя даже крохотной возможности на побег, но все-таки дотянуться до цитадели врага. И нанести один-единственный удар.

Бронированным кулаком — в самое Сердце Тьмы.

— Вперед! — снова скомандовал я, поднимая молот. — За мной!

Последние слова я, кажется, произнес уже наяву. Сон никак не хотел отпускать. Вцепился изо всех сил, держал горячими липкими пальцами, будто пытаясь утянуть меня обратно в гущу сражения.

Наверное, поэтому пробуждение и оказалось самой настоящей пыткой. В ушах звенело, перед глазами плавали алые круги, а голова трещала так, словно по ней как следует врезали кузнечным молотом.

Я сбросил мокрое от пота одеяло и сел, жадно глотая ртом теплый, почти горячий воздух. В комнате было жарко, как в бане, и вряд ли оттого, что кто-то перестарался с печью — наоборот, дядя всегда берег дрова.

Значит… Матерь милосердная, ну не мог же я в самом деле заболеть?

Одаренные куда выносливее и крепче обычных людей, а меня к тому же питала еще и сила Стража. Иммунная система, заряженная магией, почти неуязвима для любого из местных вирусов, бактерий и прочей микроскопической дряни.

Ран не было, чужое колдовство я наверняка бы почувствовал, а первородное пламя уже давно сроднилось с этим телом и больше не пыталось в одночасье перекроить его в в подобие прежнего.

Но что еще может со мной твориться?

Сбросив ноги на пол, я кое-как доковылял до умывальника и уставился в зеркало. Никаких ответов у отражения ожидаемо не нашлось. Хмурый светловолосый детина плеснул на себя несколько горстей холодной воды, кое-как вытерся и принялся в ответ рассматривать меня мутными красными глазами.

Выглядел он — то есть, я — бледным, слегка опухшим и мрачным, как Тайга в грозу. Невыспавшимся и явно не в духе, но уж точно не больным. Выдохнув, я потянулся к Основе, и она с готовностью затрепетала, отзываясь. Крохотный огонек вспыхнул на ладони, несколько раз прокрутился между пальцев, неторопливо поднялся к потолку комнаты и там погас. Аспект подчинялся, как и всегда, и только контур с первородным пламенем среагировал чуть запоздало.

Родовой алтарь сработал грубовато, без привычной безупречной легкости, будто жив-камень не сразу узнал меня и делился маной натужно, через силу. Впрочем, странное ощущение ушло даже раньше, чем я успел понять, правда ли оно было, или только показалось.

— Чего это ты? — усмехнулся я себе под нос. — Вот так, один раз дома не заночуешь — уже забыл.

Мысленно пообещав себе разобраться с настройками контура, я принялся одеваться.