Момент перелома

Местные тоже не хуже нас понимают, что значит общаться вне службы. Обращались друг к другу исключительно по имени-отчеству: Карл Петрович, Александр Викторович, Николай Васильевич, Сергей Антонович, Игорь Владиленович, Семен Васильевич.

Кстати, адмирала Иессена очень заинтересовало отчество нашего командира минно-торпедной боевой части, которого он по местному называл старшим минным офицером.

– Скажите, Александр Викторович, – спросил он у меня, а что за такое имя Владилен? Владимир знаю, Владислав, знаю, а Владилен впервые слышу…

– Ну знаете, Карл Петрович, – с толикой юмора ответил я, – Владимир, это владеющий миром, Владислав – владеющий славой, а Владилен, скорее всего, владеющий Леной… то бишь муж означенной Елены.

Но это шутка, а если серьезно, то Владилен – это сокращенное от Владимир Ленин. Есть сейчас такой мелкий политический деятель в запрещенной партии эсдеков. Пока он там не на главных ролях, но в нашей истории ему предстояла роль творца этой Истории, потрясшего и ужаснувшего весь мир и перевернувшего Россию даже не с ног на голову, а просто с боку на бок. Уже потом пришел его сподвижник и поднял ее на дыбы, на благо народу и на страх врагам. Вот на него всех собак и повесили, причем за все сразу. А Владимир Ленин так и остался в народной памяти добреньким дедушкой, народолюбцем и освободителем от царской тирании. Детишек вот в его честь называли, памятников по все стране понаставили, как основателю первого в мире государства рабочих и крестьян.

– Ну и как оно, государство, получилось? – поинтересовался Иессен.

– Получилось, – кивнул я, – но совсем не такое, как планировал основатель. После упорного строительства обнаружилось, что построена копия Российской империи, только из красного кирпича. Но дури, пока строили, наворотили – не приведи Господь. Вот Владилен, или Владлен еще благозвучно звучит, почти по-человечески, а как вам понравится такое женское имя, как Даздраперма?

Адмирал Иессен чуть не поперхнулся.

– Как, как, Александр Викторович? – переспросил он.

– Даздраперма, – повторил я, – женское имя, означающее: «Да здравствует Первое Мая».

– Да уж… – сказал адмирал, вытирая губы салфеткой, – как говорится, – век живи, век учись. И насколько массовыми были сии явления?

– Да нет, – ответил я, – ни о какой массовости и речи не шло. Просто в любом обществе есть свои юродивые, старающиеся, как говорится в наше время, выпендриться.