Монета Александра Македонского

Если девица там появится – мигом ее прихватят, хотя…

Орлик покачал головой и направился к выходу, но остановился на полдороге. – Да, вот еще что… Луговой с зоны явился. Освободили его условно-досрочно за отличную работу! – Он усмехнулся. – Теперь крутится возле мужа бывшего… уж откуда он узнал, что Лидка замуж вышла за этого Шерстоухова… Денег, короче, хочет. И Лидке отомстить… В общем, ты, Толик, за ним тоже приглядывай…

Он ушел, не прощаясь, а толстый Толик поглядел на подсыхающую лужу крови на полу и тяжело вздохнул.

В углу послышался шорох, оттуда выглянул крыс Василий Васильевич, и Толику показалось, что на морде его отражается самое настоящее страдание, как будто крыс не знает, как теперь жить и что делать.

Наутро я решила заняться хозяйством. Прибралась в квартире, кое-что простирнула, перебрала свою одежду. Хозяйственные хлопоты меня вернули в обычную колею, я думала о том, что случилось вчера, почти спокойно.

Только вот что теперь делать с сумкой? Я тяжко вздохнула и представила толстого Толика.

Как я луплю его этой сумкой по голове, а он даже не сопротивляется и только покаянно повторяет: «Виноват, больше не буду, виноват, больше не буду…»

Нет, сумочка маленькая, легкая, большого вреда этому бегемоту не нанесет. Хорошо бы взять торбу побольше, положить в нее пару кирпичей и вот тогда двинуть его в челюсть…

Я даже зажмурилась, представив себе такую упоительную картину. Но, однако, мечтать не вредно. А мне нужна новая сумка. Или хотя бы забрать старую из дома свекрови.

Кстати, что-то муженек мой не дает о себе знать, забыл, что ли, что у него жена есть? Вспомнил про ту, первую, Лидию и решил к ней вернуться? Да только где она… Сбежала от него и адреса не оставила.

Тут я вспомнила про свой неудачный визит в банк и про то, что в ячейке, в которую меня бес попутал заглянуть, я нашла какой-то рекламный буклет. И это вместо денег-то! Воистину, судьба снова подкинула мне подлянку!

Однако теперь-то я точно знаю, что не такая Лидия была женщина, чтобы хранить в сейфе никому не нужную бумажку.

Что-то там должно быть…

Я вывалила из сумки кучу бумажного барахла – ах да, накануне вытащила из почтового ящика все, что туда положили. Всякие рекламные листовки, буклеты – в общем, макулатуру. Раньше, очевидно, сортировкой занимался Никодим Никодимович, кстати, надо бы узнать, как он там, в больнице.

Я устыдилась своего поведения и дала себе слово в самое ближайшее время наведаться в больницу.