Монета Александра Македонского

 – Вообразил себя малолетним котенком? С чем это ты тут играешь? Мало тебе того, что ты уже устроил?

Он посмотрел на меня хитрым зеленым глазом и толкнул мягкой лапой свою игрушку так, что она подкатилась к моим ногам. Мне ничего не оставалось, как протянуть руку и подобрать ее.

Это был маленький плоский ключик с гравировкой на одной стороне:

Я, конечно, не слишком опытна в таких делах, но здесь не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что оказалось у меня в руках – это был ключ от ячейки в банковском хранилище.

– Откуда это у тебя? – проговорила я машинально, хотя ответ на этот вопрос буквально лежал на поверхности.

Этот ключик находился среди обломков злополучной кофемолки, значит, наверняка он был спрятан внутри допотопного прибора и выпал из него, когда кофемолка разбилась на части…

– Вот интересно… – Я снова обращалась к Казимиру, поскольку другого собеседника у меня не было. – Значит, эта кофемолка не просто так лежала несколько лет на полке ателье! Значит, это не просто кофемолка, а тайник, в котором был спрятан этот ключ… и более того – раз этот ключ так хитро прятали, значит, можно не сомневаться: в той ячейке, которую он открывает, хранятся не старые фотографии и не пара дешевеньких сережек.

При таких обстоятельствах бывшая жена моего мужа выглядела совсем не так, как прежде.

Но тогда возникает еще несколько вопросов, и самый первый из них – почему она сама за три года не получила эту злополучную кофемолку и не достала из нее этот ключ? Как она могла уехать в неизвестном направлении, не забрав его?

Ответа на этот вопрос у меня пока не было.

Тот человек, который разыскивает Лидию, представляясь ее двоюродным братом, – не связан ли его интерес с этим ключом, точнее, с содержимым ячейки? Уж очень настойчиво он про нее расспрашивал, паспортистку даже обольстить пытался…

И самое главное – что же лежит в банковской ячейке под номером сто шестьдесят четыре?

От таких мыслей мне еще больше захотелось кофе, ведь кофе стимулирует мыслительный процесс.

Починить кофемолку не представлялось возможным, и я решила, что придется все же выйти из дома.