Запирает ее внутри и давит, показывает всем вокруг, что все нормально. Но нихуя не нормально. Мин Юнги плюнул в душу, оставил после себя руины и ушел. И альфе впервые не хочется ничего. Просто сидеть здесь, слушать эту тихую, ненавязчивую музыку и упиваться своей болью. Она острая, кромсает, сжимает, рвет, доводит до исступления, и у Намджуна больше нет сил с ней бороться. Образ Юнги не исчезает. Сутки Намджун прокручивает в голове его лицо, жесты, разговоры, и Господи, он его не отпускает. Его улыбка, его пусть и фальшивая улыбка.
Его нежные прикосновения и эти слова, даже когда он кричал о ненависти… любое слово Юнги сейчас проигрывается в голове альфы, как заезженная пластинка, и он снова и снова ее крутит и делает себе больно. Сжигает сам себя дотла. Это его личная пытка. Это его личное наказание — жизнь без Мин Юнги. И сколько бы не был виноват омега, эту вину можно поделить на двоих. И альфа это знает. Также, как и знает, что он должен оправиться, довести дело до конца и вернуть на место свое уже атрофированное сердце.
Так обжечься холодом в самый жаркий месяц в году. Какая ирония.
Техен молчит. Он все понимает. Он выполняет ритуал, положенный истинным друзьям. Он пьет с Намджуном виски и молчит.
***
Уже неделя, как Юнги не встает с постели, не ест и вообще не реагирует на окружающий мир. Иногда заходит Чжун, пытается вывести его на разговор или хотя бы вызвать хоть какую-то реакцию. Мин не отвечает. Лежит, смотрит на потолок и молчит. Даже Джин заходит один раз.
Долго говорит о своей ненависти к брату, и о том, какая он лживая дрянь. Но Мин все равно не слушает. Омега уже почти сливается с постельным бельем: такой же бледный, прозрачный. Первые дни отец угрожал вызвать врачей и ставить питательные капельницы. Мин отца не слушает, все равно пищу не принимает и эмоций не выражает. Чжун угрозу выполняет, и омеге начинают ставить капельницы, но он даже не морщится, не сопротивляется. Ничего. Он просто лежит и смотрит на все невидящим взглядом.
Мин на все молчит. Мин вроде живой, дышит, и даже глаза вечно открыты, но он не видит ничего и не слышит. Он сутками смотрит на белый потолок и видит там то, чего другим не дано увидеть. Он видит зеркало, два сплетенных обнаженных тела и монстра с красными глазами. Монстра в жизни Юнги больше нет. Не зовет, не ждет и не защищает. Живет отдельной жизнью. Снится все время, но не подходит. Просто сидит в углу темного помещения и скулит.
