Монстр из прошлого тысячелетия

Ну и самый главный аргумент — барышни не слабы. Говоря проще, сильнее любого из группы, а серьёзно спорить с такими — это смерть; случится с ними что-то — и снова смерть.

Поэтому командир выбрал второе. Если уж помирать, так на часок позже, когда Михаил Анатольевич лично голову оторвёт.

На поляне творилось что-то невообразимое. Поляной образованный пятачок, кстати, не был. Как оказалось, воинственные группы попросту уничтожили всё в пределах пятисот метров.

Но самое удивительное не в том, что здесь творится, а кто это творит.

Демоны рубились с волками или наоборот. Серые тенями кружили по поляне, в центре которой зиял багровый росчерк разлома прямо в воздухе, откуда появлялись новые и новые враги рода человеческого. Сероватый оттенок кожи, почти как у людей, только мёртвых, витые рога и крупные фигуры в доспехах.

Волки действовали слаженно, но число противников не уменьшалось, а росло. Именно поэтому людей не заметили. Вожак стоял на вывороченном с корнем дереве в два человеческих обхвата, периодически испуская громовой рык.

После такой команды мораль у волков поднималась, но это было не всё. От вожака в разные стороны разбегалось кольцо ледяного крошева, частицы которого словно магнит липли к его сородичам. Звери после этого получали что-то вроде брони.

Хризалида была готова поклясться, что один из смертельно сильных ударов орка на её глазах выбил из шкуры волка перед ним лишь ледяную крошку, не более. Сам шерстяной разорвал противника, повалил, а затем сжал его руку челюстями и оторвал, проделав это и с другой рукой, а потом и головой.

Даже броня не спасла.

Люди тем временем рассредоточились, всё ещё скрываясь в той части леса, которая ещё не была стёрта. Командиры медлили: разломы не появляются просто так, магам нужна связь с другим миром, а значит, здесь где-то лежит реликвия. Если найти артефакт и уничтожить его, либо попросту бросить назад в окно перехода, разлом закроется.

Обычно пришельцы делали реликвиями кристаллы, прозванные слезами демонов; такой предмет и искала глазами целительница, совсем забыв про своих подопечных.

Тем временем Мария была куда внимательнее, она видела, как из машины появилась напуганная внучка, после чего увидела творящуюся бойню и её глаза наполнились слезами.

— Нет-нет-нет, я не хочу уходить! — твердила она одному из бойцов, который собирался посадить её на мобильный электрический байк, притороченный к крыше, чтобы уже через десять минут малявка была далеко.