Монстр

Понимаешь, он не носил обручальное кольцо и жил один в многоквартирном доме на территории кампуса. Он выглядел молодо и стильно и часто проводил время в компании студентов. – Она нервно ковыряла кожицу вокруг ногтя. – Я хотела лишиться девственности с опытным мужчиной и знала, что он как раз такой. Мы продолжили видеться после того, как впервые переспали. Пока однажды он вдруг бесследно не исчез. Перестал отвечать на мои звонки. Просто взял и уехал. Даже не доработал до конца учебного года. Мне нужно было закрыть для себя этот вопрос, поэтому я нашла его.

Плохое решение. Но у меня был богатый жизненный опыт, а Эшлинг жила в защитном коконе. Конечно, она хотела получить ответы, обрести чувство завершенности и прочую чушь, какую описывают в книжках.

– Дверь открыла его жена и швырнула в меня телефон, по которому он мне звонил. Начала кричать на меня на глазах у всех соседей, называя шалавой, разлучницей и избалованной дрянью. Сказала, что моя мать шлюха и всем в Америке известно: все ее дети не от Фитцпатрика. А потом пообещала сообщить во все больницы Бостона о том, что я сделала. Это было унизительно. Тем более, я даже не знала, что этот мужчина был женат.

– Поэтому ты не пыталась устроиться в местную больницу? – спросил я.

Эшлинг прикусила нижнюю губу, отрывая все больше омертвевшей кожи возле ногтя.

– Отчасти. Возможно. Я не знаю. В любом случае, это не единственная причина. С тех пор я еще больше ограничила общение с мужчинами.

– Хорошо, – невозмутимо ответил я. – Мы все сволочи.

В воздухе повисла тишина. Я хотел, чтобы она ушла. Она ничего не расскажет мне об отношениях ее родителей или о Джеральде. Все это бессмысленно.

– Расскажи мне что-нибудь личное. – Она прижала щеку к плечу. – Хоть что-нибудь, Сэм. Мне от этого станет легче. Пожалуйста.

– Эшлинг, тебе пора.

– Почему?

– Потому что это ни к чему не приведет. Мы трахнулись. Это было ошибкой. Тебе пора жить дальше. Чего бы ты ни ждала, уверяю тебя, этому не бывать. У меня нет ни души, ни сердца, ни совести. Да, мы повеселились, но для меня все женщины одинаковы. Я никогда не предпочту тебя всем прочим.