Монстр

У нее отвисла челюсть. Видимо, братья скрыли от нее эту новость. Наверняка думали, что наша помолвка может оказаться недолгой. Что ж, это не так. Она не состоится только в том случае, если Сэм умрет.

– Эшлинг, ты не можешь… – Она схватилась за золотое колье и принялась взволнованно поправлять его на шее.

Мать надела черный бархатный костюм и прихватила сумку Chanel, и я запоздало поняла, что мне не давали покоя не только ее слова, но и то обстоятельство, что она не спеша наряжалась перед поездкой в больницу, когда я попросила ее приехать.

Она понизила голос, схватила меня за запястья и потащила в угол приемной, чтобы нас точно никто не услышал.

– Милая, он не для тебя.

Я отдернула руку и смерила ее сердитым взглядом.

– Ты не знаешь, что для меня хорошо, а что нет. Ты хочешь только одного: чтобы я оставалась в доме и обслуживала тебя.

– Милая! Какие глупости. Напротив, я…

– Не смей заканчивать это предложение, – предупредила я, выставив палец. – Я позвала тебя, потому что нуждаюсь в твоей поддержке, а не для того, чтобы выслушивать твое нытье.

Вот как все будет впредь, мама. Ты будешь оказывать поддержку, а не только получать ее. Не станешь меня осуждать. Ты будешь матерью. А не моей ответственностью. Я понятно выражаюсь?

Она уставилась на меня, хлопая глазами, и у меня сжалось сердце, когда я поняла, что мы словно зеркальное отражение друг друга. Я была точной ее копией. Такое же изящное телосложение, такие же гладкие волосы. Те же губы, и нос, и ресницы с природным изгибом.

Но я другая.

Сильная. Стойкая.

Она со вздохом коснулась пальцами своей щеки.

– Ты права. Я злоупотребляла твоей добротой, Эшлинг. Мне не хотелось в это верить, но, конечно, это так. Ты была так добра, а я так слаба. Я не привыкла, чтобы живущие под моей крышей люди были добры ко мне. Твой отец и Киллиан холодны, как лед. У Хантера самые благие намерения, но мне никогда не удавалось пробраться в его сердце. Ты моя опора. Ты для меня все. Потерять тебя… Я даже представить этого не могу. Прости. Мне очень жаль.

Я… – Она замолчала, опустила голову, а ее плечи затряслись от рыданий. – Это я предложила твоему отцу доплачивать Сэму, чтобы он не приближался к тебе.

Осколок льда вонзился в мое сердце, и я сделала глубокий, резкий вдох и потянулась к стене, чтобы устоять на ногах.

Мать продолжила, потупив взгляд в пол.

– Я видела, как ты смотрела на него, когда увидела впервые. Ты должна поверить, что это не было связано только со мной, Эшлинг. О тебе я тоже думала.