Море Осколков

 — Но меня привели сюда причины поважнее золота.

— Важнее золота? — усмехнулся Ральф. — Да ты ли это?

— Намного важнее. — Дженнер вывел вперед кого-то, кто прятался за его спиной, — и Рэйту словно пробили черепушку кинжалом, и боевой задор вытек из него моментально.

Она была невысокой и худенькой и утопала в полинялом плаще. Волосы переплелись нечесаным клубком: облаком темных локонов, что сбивались и трепетали на соленом ветру. Кожа ее была бледной, ободок ноздрей розоватый, а скулы — хрупкие и изящные, казалось, готовы надломиться от грубого слова.

Она смотрела прямо на Рэйта большими глазами, темными и зелеными, как Матерь Море пред бурей. Она не улыбалась. И не проронила ни слова. Печальная и торжественная, полна загадок, и у Рэйта встали дыбом все волоски. Никакой удар секирой по голове не смог бы так его вырубить, как этот единственный взгляд.

Несколько мгновений отец Ярви стоял, придурковато раззявив рот. Потом захлопнул его, клацнув челюстью.

— Ральф, отведи Синего Дженнера и его гостью к королеве Лайтлин.

— То был готов убить за право пройти первым, то вообще идти не хочешь? — Рэкки смотрел на него, и до Рэйта дошло, что ратники Горма уже вышагивают вслед за гетландцами, едва не лопаясь от высокомерия. Наверстывают свое за то, что идут вторыми.

— Кто была та девушка? — просипел Рэйт. Перед глазами все кружило, как у пьяного, резко вырванного из хмельной дремоты.

— С каких пор ты стал волноваться о девушках?

— С тех самых, как увидел эту.

— Видать, красуля что надо, раз отвлекла тебя на целую минуту от перебранки.

— Подобных ей я еще не встречал.

— Прости, брат, но женщин ты и в самом деле встречал немногих. Ты ж у нас по части драк. — С ухмылкой Рэкки взвалил на себя громадный черный щит Гром-гиль-Горма. — А по части баб — я, помнишь?

— Ты мне про это вещаешь без устали. — Рэйт водрузил на плечо тяжелый королевский меч и двинулся вслед за братом.

— Ты, Рэйт, меня крепко расстроил, — Крушитель Мечей придвинул его к себе. — В этих краях полно людей, которых худо иметь во врагах, но я боюсь, что в лице Избранного Щита королевы Лайтлин ты выбрал как раз наихудшего.

— Она, государь, меня не пугает.

Горм с лету влепил ему оплеуху. В смысле, оплеуху для Горма. Для Рэйта — будто б его хватили веслом.