Море Осколков

Селение под сенью крепости, где она однажды отплясывала на летнем празднестве, лежало в развалинах, дома покинуты — или сожжены. Садовую рощу перед ветхим, людских рук участком стены душил плющ, в сорняках гнили прошлогодние фрукты. Прежде яркие знамена украшали огромные ворота меж двух воспарявших эльфийских башен. Сейчас под бойницами на скрипучей веревке покачивал босыми ногами висельник.

С него содрали и золотые украшения, и сверкающую кольчугу; отобрали позолоченный клинок — и все же Скара сразу узнала его лицо.

— Один из сподвижников Йиллинга Яркого. — Невзирая на меховую накидку, ее пробрал озноб. — Один из тех, кто сжег Ялетофт.

— И все равно висит, — отметила Лайтлин. — Похоже, молитвы Смерти не откладывают встречи с ней.

— Встречу с ней ничто не отложит, — прошептала Скара. Наверно, его смертью следовало насладиться, как стоило бы возблагодарить Матерь Войну за свободу хотя бы этого клочка Тровенланда. Но внутри ее гуляло лишь эхо страха перед ним, еще живым, наряду с ужасом от того, что этот страх не отпустит ее никогда.

Кто-то срубил дуб-великан, что рос во дворе. Пристройки, жавшиеся к древним эльфийским стенам, без его тени казались сирыми и неприглядными. Вокруг пня на избитых булыжниках отдыхали воины, большей частью пьяные и упивающиеся еще сильнее: мерились трофеями и ранами, начищали оружие, обменивались россказнями.

Начинающий скальд складывал вирши: без конца выкрикивал одну и ту же строку, пока другие, грохоча от смеха, подбирали ему продолжение. Прядильщик молитв бубнил славословия богам за победу.

— Всем, из чего сделаны люди, — негромко ответила сестра Ауд, глядя, как пара невольников волочет какую-то ношу.

Скара содрогнулась в холодном поту, когда стало ясно, что это труп, и снова, о ужас, когда поняла, что его подтаскивают к целой куче таких же мервых тел. Переплелись голые конечности, белые, в подтеках и пятнах подсохшей крови; отвисали безмолвные рты, распахнуты незрячие глаза. Гора мяса, что еще ночью была людьми.

— Должно ли ему на это смотреть? — шепнула она, желая ничего не видеть самой.

— Он станет королем земли Гетской. Такова его судьба. — Лайтлин бесстрастно окинула взглядом тела. Столь грозной женщины Скара еще не встречала. — Он должен научиться принимать это с радостью. Как и ты.