Море Осколков

Ярви смахнул золу со вставленного в очаг молитвенного камня:

— И Ту, Что Выдыхает Метель.

— Хорошо речено и хорошо принято. — Шидуала прищурилась. — Там, откуда ты родом, она — одна из малых богов?

— Но у вас она — среди высоких?

— Как и многое другое, боги кажутся больше с близкого расстояния. Здесь Та, Что Выдыхает Метель, извечный наш спутник.

— Поутру мы воздадим ей первую молитву, — сказал Анкран.

— Разумно, — сказала Шидуала.

— А вторую — вам, — сказал Ярви. — Вы спасли нам жизнь.

— Здесь все живое обязано стоять друг за друга.

 — Она улыбнулась, и бороздки на ее лице напомнили Ярви мать Гундринг, и на миг он затосковал по дому. — Любому из нас хватает и одного врага — зимы.

— Мы понимаем. — Ярви поглядел на Сумаэль — ее приткнули поближе к огню. Закрыв глаза, девушка покачивалась под одеялом. На ее лицо вернулись почти все прежние краски.

— Можете перезимовать вместе с нами, до наступления тепла.

— Я не могу, — хрипло произнес Анкран, на его лице набухли желваки. — Я должен попасть к семье.

— А я — к своей, — добавил Ярви, пусть его и подгоняла нужда не спасти, а убить своих родичей. — Мы продолжим путь. Правда, у вас есть много вещей, без которых нам будет худо…

Шидуала оценила их печальный расклад и заинтересованно приподняла брови.

— Есть, есть. Можем с радостью их обменять.

При слове «обменять» ее сыновья заулыбались и согласно кивнули.

Ярви бросил взгляд на Анкрана, и тот развел пустыми руками:

— Нам нечего дать взамен.

— Вон там у вас меч.

Ничто насупился мрачнее прежнего, приобнял оружие и чуточку приблизил к себе.

Ярви до боли ясно сознавал, что еще несколько минут назад тот с радостью убил бы всех этих людей.

— Он не расстанется с ним, — сказал Ярви.

— Есть еще одна штука — и будь она наша, я бы ей попользовался всласть. — Мужик с бурой бородой с другой стороны огня пристально уставился на Сумаэль.

Джойд оцепенел, Ральф зарычал от негодования, а когда заговорил Анкран, его голос кромсал, как секира:

— Мы не продаем своих.

Ни за какую цену.

Шидуала рассмеялась.

— Вы не так поняли. У нас почти нет металла. — Она обогнула очаг, выгибая бедра, коснулась сверкавшего сталью ошейника Сумаэль и вытянула из-под ворота кусок ее изящной цепи. — Вот что мы хотели бы взять.

Ярви почувствовал, как на лице расплывается улыбка. Давненько она там не появлялась, и расставаться с ней не хотелось.

— В таком случае… — Он размотал платок из истрепанной парусины и выудил собственную цепь, потяжелее.