Моров. Том 4 (СИ)

И то, что казалось интересным в двадцать, в пятьдесят уже видится иначе. Помню я себя в вашем возрасте…

Он замолчал, погрузившись в воспоминания, Кристина Гордеевна посмотрела на деда с осуждением. Но повернулась ко мне и спросила:

— Но почему, Иван Владимирович? — озвучила она вопрос. — Я ни за что не поверю, что вы не спешите найти супругу, потому что желаете увеселений с дамами без обязательств.

Я кивнул и улыбнулся. Отставив чашку с кофе, сложил руки на столешнице и заговорил:

— Многие почему-то считают, что раз я один, значит, это я к ним присоединюсь.

Но при этом весь род таких хитрецов почему-то считает, что стоит хотя бы ногтя на моем мизинце, — произнес я.

Гордей Егорович посмотрел на меня с удивлением. Старик вновь одобрительно хмыкнул.

— А это, разумеется, не так, — поддержала меня Кристина Гордеевна.

— Я объективно сильнейший чародей Российской Империи, и могу себе позволить перебирать, — пожал плечами я. — Моя уникальная осведомленность о законах магии превращает меня в настолько уникального специалиста, что прошлый император даже решил создать академию лишь для того, чтобы я в ней преподавал.

Я за несколько месяцев заработал больше, чем очень многие благородные фамилии за год. Так что и с деньгами у меня все в порядке. К тому же я молод, хорош собой и происхожу из достойнейшей фамилии верных Российской Империи дворян. Что касается связей, то мои знания позволяют мне оказывать услуги очень многим, — кивнул я в сторону собеседницы. — Помимо этого я создаю артефакты, которые вряд ли кто-то в обозримом будущем сможет повторить. Из чего следует, что, заключая брак с благородной девицей, я скорее получу обузу в виде врагов или просто недоброжелателей ее рода, чем какую-то пользу. Враги мои долго не живут, как верно заметил Евгений Игоревич, а с недоброжелателями я могу просто не работать. И пока те, кто относится ко мне с уважением, будут получать здоровье, красоту и магию, негативно настроенные благородные фамилии продолжат стареть, болеть и обходиться криворукими поделками условных Щелковых. Говоря откровенно, на мой взгляд, учитывая все эти достоинства, найдется не так много семей, которые могли бы соответствовать мне.

Евгений Игоревич расхохотался, едва не расплескав свой чай. Кристина Гордеевна смотрела на меня с удивлением, явно не ожидая такой откровенной похвальбы. А вот Гордей Егорович уловил все правильно.

— Вы достаточно откровенны, Иван Владимирович, — произнес он с натянутой улыбкой.