Моров. Том 4 (СИ)

На теле не имелось видимых следов вложенных в плоть ритуальных знаков. Однако, разумеется, если мне попадется кто-то с магическим взором, он сразу же их распознает.

— Легостаев Константин Леонидович, — представился еще один посетитель. — Рад, что с вами все в порядке, Иван Владимирович, однако я не понимаю, как это произошло…

Намек был кристально ясен. Несмотря на то, что в комнате собрались довольно опытные чародеи, моих знаний у них не имелось. Впрочем, скрывать правду я не собирался. Какой смысл прятаться, если через пару месяцев я все расскажу на лекциях в академии?

— В этом нет никакой загадки, Константин Леонидович, — пожал плечами я, подтягивая простынь в район паха.

— Я же изготавливал артефакты, которые могут закрыть хозяина от магии крови. Однако то количество силы, что было применено при ударе, оказалось чрезмерным. Так что мой артефакт расплавился, как только оказался перегружен.

Опустив голову, я взглянул на грудь. Следов ожога не осталось. Как, впрочем, и на пальце. Интересно, а куда делись мои запонки? Я все же их выронил?

— Полагаю, вы ищите это, Иван Владимирович, — Венедикт Кириллович достал из внутреннего кармана своей жилетки мои артефакты и вложил их мне в подставленную ладонь.

— Кажется, им досталось больше, чем они смогли вынести.

Я раскрыл пальцы и полюбовался на оплавленные запонки. Больше они не годились для своих задач. Как вовремя, однако, я занялся собственным усовершенствованием.

— И это все? — уточнил Легостаев, приподняв бровь.

— В общих чертах, Константин Леонидович, — кивнул я.

— Кто-то еще, кроме Никодима Павловича, пострадал?

— К счастью, нет, Иван Владимирович, — сообщил мне Кирилл Васильевич. — Вы с Герасимовым сделали все вовремя. К сожалению, кроме вас не оказалось рядом ни одного человека, который смог хоть что-то сделать с алым штормом. Наших сил хватало лишь на то, чтобы немного задержать магию крови, но остановить…

Полковник в отставке покачал головой.

— Что же, значит, все было не зря, — вздохнул я.

— Иван Владимирович, у вас цвет глаз изменился, — сообщил мне Венедикт Кириллович.

— У вас радужка золотая.

Я поднялся с постели и, прикрываясь простыней, добрел до ближайшего зеркала. Солнцев не соврал, глаза действительно теперь казались золотыми. Учитывая так и оставшиеся седыми волосы, смотрелось довольно странно.

— Да уж, теперь все девушки мои, — произнес я, прежде чем повернуться к дворянам. — Господа, раз со мной все в порядке, предлагаю завершить нашу встречу.