Морозов. Книга 2

— Он тебя не обидел, мой хороший…- заворковала сирена над зубастой мухоловкой на тоненьком стебле и вышла из гостиной. Уже у выхода она остановилась. Обернулась:

— Кстати, князь. Вы знали, что венерина мухоловка может питаться как обычные растения. Но она осознанно выбрала путь насилия и поедания насекомых.

С этими словами она вышла из гостиной.

— Никогда не дарил ей цветы, — задумчиво проговорил Денис. — А ведь Лилии приятно время от времени знать, что ее ценят.

— Мне всегда было тяжело понимать женщин, — пожал плечами и посмотрел на часы.

— Извини, мне пора пообщаться с преподавателем по риторике…

— Я только хотел поблагодарить тебя.

Было заметно, что говорить такое князь не привык. Потому я не стал выжидать продолжения, коротко хлопнул его по плечу и сказал:

— Мы вместе, брат. Я рад, что мы друг друга понимаем и поддерживаем.

Мне показалось, что Денис хотел что-то добавить, но сдержался и лишь устало улыбнулся мне.

— Надо как-нибудь выбраться и отдохнуть, — сказал я и направился к выходу.

— Тебе особенно.

— Мне?

— Ты выглядишь усталым.

— Много дел, — ответил он пространно. — Хорошего вечера.

Я понял, что общего ужина вновь не будет, но не стал об этом говорить. В конце концов, у князя вполне могли быть свои дела, до которых меня не обязаны допускать.

* * *Едва я вошел в склеп, Александр растянул в ехидной усмешке тонкие губы:"

"— Смотрите, кто явился. Восходящая звезда Империи решила посетить бедного каторжника с визитом? Дадите автограф, мастер?

Я поморщился. Уже не раз пожалел, что рассказал наставнику о своих успехах и о подписании контракта с Синодом.

Теперь каждое занятие Александр начинал с минутки сарказма.

— Как прошел день, мастер? — участливо поинтересовался старик. — Репортажи в новостях в телевизоре? Интервью и заметки в газетах?

— Я тебе уже говорил, что телевизор сейчас никто не смотрит, — буркнул я. — И газет не читают. Все уже давно в интернете.

Александр с сожалением развел руками:

— Ну, простите. Я очень давно сижу здесь. И не в курсе всего происходящего в Империи.

Эх, смутные времена настали, Миша. Раньше лицами Империи были писатели, композиторы, художники и поэты. А теперь элитой стали звёзды этих ваших интернетов, — он презрительно скривился. — О времена, о нравы.

— Хорошо ещё, что голые задницы никто не выкладывает, — возразил я.

— Это пока, — ""успокоил"" меня наставник. — Ещё не вечер. Года два — три, и…

— Ты бубнишь как старый дед, — парировал я и передразнил:

— ""А раньше было лучше.