Морозов. Книга 2

""Прости, Морозов, мне нужно бежать. Да, кстати, совсем забыла. С тобой хотел поговорить мой отец"".

""О чем?"" — не понял я, но стало не по себе.

""Не знаю. Он сказал, что свяжется с вашим секретарем. Ну все, мне пора"".

В конце сообщения стоял целующий смайлик и Шереметьева вышла из сети.

Я же продолжил листать новости, отмечая, что я и Алина отлично смотримся вместе.

* * *Лилия подошла ко мне, когда я расположился в гостиной, с интересом глядя сериал про ведьмаков.

— Если будешь смотреть эту гадость слишком часто — быстро деградируешь.

Я взял со стола пульт, выключил телевизор, и с интересом посмотрел на секретаря:

— Федор сказал, что вы ездили в город, мадам?

Водянова кивнула:

— Поговорила с приказчиками, которые сдают в аренду деловую недвижимость, нашла подходящие варианты для печатной мануфактуры. Посмотрела их. И нашла подходящий. Кстати, посетила и несколько складов для этого твоего магазина в сети. Очень достойные помещения

Я кивнул.

— И это не все новости.

— Спасибо. А какие дела?

Лилия улыбнулась:

— Он не докладывал. Но судя по сегодняшним новостям, вашу с Алиной Юрьевной помолвку.

— И ты уже в курсе… — пробормотал я.

— Княжич, новости в сети разлетаются со скоростью лесного пожара. Так что вся Империя уже в курсе.

— Ладно. Помолвка так помолвка. Когда он хочет встретиться?

— Сегодня, — просто ответила девушка. — Если у тебя, конечно, нет срочных дел.

— Разговор не терпит отлагательств? — догадался я."

"— Выходит, что так, — подтвердила секретарша. — Не стоит испытывать терпение князя, когда он предлагает встречу. Но время ты можешь назначить сам.

Я задумчиво потер ладонью подбородок:

— Ну, если сам. Тогда было бы неплохо пересечься через пару часов. В ""Империи"".

— Только не используй это слово.

— Какое?

— Пересечься, — по слогам проговорила девушка. — Звучит слишком даже для парня из Мурома.

Лилия улыбнулась и вышла из гостиной. Я же встал с дивана и направился в комнату, прикидывая, в чем ехать на встречу. Но вопрос решился сам собой. Федор принес мне костюм, о котором упомянул Гаврилов. Ткань и впрямь была мягкой, с глубоким синим оттенком внутри темного серого основного цвета. Тем ярче на его фоне смотрелся красный семейный герб в виде броши на нагрудном кармане.

— Разве это не женское украшение? — уточнил я, тронув пальцем яркие рубины.