Морозов. Книга 3

Мы как раз подошли к старому храму. Когда-то он был величественным и возвышался над стоявшими по соседству домишками. Сейчас же постройки подросли, обзавелись острыми крышами, а сам храм обветшал. Ранее яркий витраж сейчас растрескался и выцвел, стены посерели. Краска облупилась, а оконные рамы прогнили. Храм окружали строительные леса и часть крыши уже была разобрана и затянута пленкой.

— Вот. Ремонт идет, — словно оправдываясь, заявил Иван Ильич. — Синод выделил денег. Да только служка, который здесь раньше заведовал реставрацией, все полученное — пропил.

А потом сбежал.

— Не нашли? — полюбопытствовала Ксения, снимая постройку в свете фонарей.

— Да как его найти? — махнул рукой староста. — Человек он не особо важный. Обычный бедолага без роду и племени. Да и мордой не вышел. Из примет лишь дырка в кармане, да перегар, — мужчина спохватился и попросил, — Вы это не записывайте, княжна. Я ж по-стариковски бурчу.

— Не переживайте, — искренне успокоила его Серова.

— А мы теперь всем миром поднимаем храм.

Чтобы потом не стыдно было жреца пригласить. У нас уже почитай лет десять, как синодника в деревне нет.

— Как так? — удивился Денис.

— Везде сокращения, — вздохнул староста. — То больницу сельскую прикроют, то школу. Но чтобы деревню без жреца оставить — это уж ни в какие ворота. Комиссия приезжала и объявила, что храм надобно починить. После этого нам выделят жреца. Скорее всего, совсем молодого. Но мы и такому будем рады. Воспитаем, откормим… — мужчина снова смутился, — Это тоже не надо оставлять.

Не губите старика.

— Я не стану публиковать ничего компрометирующего вас, — повторила Ксения.

— Она не обманет, — весомо подтвердил Денис и многозначительно посмотрел на нашу спутницу.

После этого заявления староста выдохнул и приосанился. Подошел к воротам, на которых висел амбарный замок, но свернул и пошел вдоль забора, чтобы пройти сквозь внушительную прореху.

— Ремонт, — повторил он, словно это все поясняло. — А замок для чужих висит.

Мы вошли во двор храма.

У скромного домика рядом со стеной, больше похожего на строительный вагончик, сидела крупная лобастая псина светлой масти. Ее морда смотрела на нас с ленивым любопытством. Собака склонила голову набок и оглядела гостей.

— Ой, — растерялась Ксения и добавила, — какой крупный.

Она не казалась испуганной. Девушка с большим страхом косилась на ночных мотыльков, которые бились о лампочку над входом в домик.

— Зверь безобидный, — хмыкнул Иван Ильич.