Морозов. Книга 4

"

"Сбоку блеснула лезвие секиры Вагош. Император резко развернулся, отбивая удар и уводя лезвие топора в сторону. Его атака была такой силы, что ведьмачка охнула, и попятилась. А Дало шагнул в её сторону, замахнувшись мечом. Я бросил спину противника ""объятия мглы"". И плетение опутало Император. Правда, всего на пару мгновений. А затем, противник резко развернулся, и ударил клинком, перерубая плетение:

— Какие жалкие попытки! — взревел он. — С Кавилем такие фокусы может быть и сработали. Но я куда сильнее.

Он рванулся ко мне, и я поспешно отскочил в сторону:

— Руны не действует на него даже с усилениями!

""Не ори! Мешаешь думать, — прошипел в ответ Александр.

— Ага, слушай! Есть план. Нужна метка. Она усилит остальную серию. Дальше делаешь лужу кровавого болота. В неё две младших руны на радиус, и одну на усиление"".

Я торопливо создал нужные знаки. Над головой императора вспыхнул кровавый знак. А в следующую секунду, я бросил под ноги развернувшемуся противнику руну. И под ногами Дало растёкся красный песок.

А я вздрогнул от резкого прилива силы.

""Эй, не зевай. Теперь кидай ""вскипание крови"" на все три вспомогательные ставь усиление эффекта"".

Я послушно создал руну и бросил её в императора, который уже замахнулся мечом, чтобы разбить моё заклинание. Руна врезалась Дало в лоб, и Император вздрогнул. Застыл, обернулся ко мне.

""А теперь добивай ""Удавкой"". Да шевелись ты, не стой столбом""!

Я послушно создал заклинание, и метнул его в сторону Императора. Дало дёрнулся, выронил меч, схватился за горло, словно пытаясь убрать от шеи что-то, что его душило.

Шагнул в мою сторону. Затем ещё раз. Но двигался он неуверенно, словно враз растеряв скорость. На третьем шаге, ноги Императора начали подкашиваться, и он упал на колени. Протянул ко мне трясущуюся руку.

""А теперь в костяную клетку его, и готово"", — довольно заключил Александр, и я выполнил его указание.

Мои руки тряслись от перекачиваемой силы. Голова кружилась. А перед глазами то и дело появлялись причудливая картины.

Словно вместо мускулистого человека, в клетке в кровавом болоте, барахтался огромный, покрытый перьями змей, с костяными крыльями и мордой ящера. На секунду, он застыл, уставился на меня холодным взглядом вертикальных зрачков. Зашипел, забился, взмахивая крылья, словно пытаясь разрушить клетку и взлететь. Но у него ничего не выходило.

А затем, морок резко спал, и я заморгал, тряхнул головой, пытаясь прийти в себя.

Император лежал лицом вниз. А над ним стояла Вагош.