Морозов. Книга 4

Кабинка была куда больше той, которой я пользовался в гостинице. Да и людей здесь было достаточно. Между ними сновали роботы, уборщики. Они ловко маневрировали между посетителями и делали это бесшумно. Оставалось только удивляться такому гармоничному соседству.

Здесь тоже были зазывалы, которые предлагали мне листовки. На карточках вспыхивали голографические рисунки и незнакомые буквы. Когда я оказался у нужной двери, в моих руках скопился целый ворох рекламных буклетов. Отказаться хоть от одного не вышло. Раздатчики были наглыми и не понимали слова «нет».

— Добрый день, господин, — поприветствовал меня высоких кряжистый мужчина у входа в ресторан на почти чистом русском. — Вы наш гость?

— Все так, — я оглянулся в поисках урны для мусора, но швейцар покачал головой.

— Не стоит, господин. Каждый взятый проспект равен контракту на покупку.

— Но я не собирался…— опешил я.

— Позвольте, я возьму их у вас и отдам почтовику, который развезет их владельцам."

"— Спасибо, — я вручил макулатуру сотруднику и лишь потом вошел в ресторан.

Там меня встретила прохлада и негромкая музыка. Ко мне тотчас подошла невысокая девушка с венком из косточек на голове. Она мне поклонилась и спросила:

— Вы впервые у нас, господин? У вас заказан столик?

— Меня ждет госпожа Вагош, — припомнил я странное имя.

При упоминании девушки администраторша просияла и приложила ладони к груди.

— Она забронировала столик под другим своим именем, видимо. И пока не пришла.

Глава 9 Везде свои люди

Девушка вошла в зал спустя несколько минут.

Остановилась у стойки администратора, с улыбкой что-то у него спросила. Сотрудница кивнула и указала на стол, за которым я сидел. И гостья направилась в мою сторону.

— Простите за опоздание, — произнесла она и уселась за стол.

И я заметил, что говорила она почти без акцента.

— Ничего, — ответил я, рассматривая незнакомку.

Она была красивой.

Вагош была невысокой девушкой с ладной фигурой. У нее выла бронзовая кожа, покрытая рисунками из золотой краски. По рукам тянулась вязь красноватых татуировок.

Шею закрывало широкое ожерелье, которое спускалось по ключицам ворохом изящных цепочек и подвесок. Высокая грудь скрывалась под ним и белым хлопковым топом, а бедра обтягивала короткая юбка с вышивкой по краю подола. Широкий пояс оказался густо усеян бусинами разного размера и формы. Одежда была традиционной для этого города. Как и обувь на плоской подошве с длинными бирюзовыми лентами, обвитыми вокруг изящных лодыжек.