Морозов. Книга 4

Возможно, она не захотела лгать. И я не мог винить ее ни за что. В конце концов, мы хоть и земляки и коллеги, но при этом каждый из нас преследует свои цели.

— Прости, — едва слышно произнесла девушка.

— Все хорошо, Ирина, — мягко сказал я.

Индианка вздрогнула, словно ее ударило током. Она нервно взглянула на меня, а потом гулко сглотнула. Я успел заметить огромные зрачки в ее потемневших глазах. Затем на ее предплечьях заискрились нарисованные руны.

— Не зови меня так, — прошипела девушка. — Не надо.

— Не стану, — пообещал я и мягко сжал ее плечо.

— Да я не… — Вагош тряхнула головой и сухо хохотнула. — Я отвыкла от той жизни. Очень долго привыкала к этому миру, к своей новой судьбе.

— Ты имеешь право быть той, кем хочешь.

Она кивнула и потом закусила губу.

— Ты придумала, как добраться до жреца? — прямо спросил я, меняя тему разговора.

Вагош кивнула, вбивая координаты в навигатор:

— На допросе британец сдал жреца Кавиля с потрохами. Так что его ждёт гражданская казнь. Высокопоставленная шишка вот-вот пустится в бега.

— Думаешь, стражи храма не смогут скрутить жреца?

Девушка фыркнула:

— В этой стране никто не знает, что он одержим. Иначе жрецы других храмов уже давно бы нашли способ расправиться с ним. А одержимость Кавиля будет большим сюрпризом для бойцов. Даже для нас, ведьмаков, убийство божка будет нелегкой задачей.

Нужный дом располагался за городом. И едва только машина подъехала к воротам я понял, что Вагош была права.

Высвободившаяся сила чувствовалась издалека. Ворота были выбиты. Похоже, бойцы Храма Солнца действовали по той же схеме, что и при штурме притона. Над высоким глухим забором поднимался столб жирного черного дыма. За оградой слышались звуки боя.

Вагош въехала на территорию, резко затормозила, отчего меня кинуло вперед, и ремень безопасности впился в грудь до боли.

— Не зевай, — весело приказала девушка и выскочила из салона.

У крыльца виллы было несколько угловатых черных внедорожников. Одна машина уже догорала, остальные были разбросаны, словно игрушки, которые раскидал ребенок.

А ещё, на зелёной лужайке, в неестественных позах лежало пяток тел в чёрно-белых одеждах. Они валялись на зелёной траве сломанными куклами. Это и были те самые жрецы храма. Одно тело обгорело, остальные были сильно изранены.