Морозов. Книга 4

Сердцебиение, потоотделение, дыхание, интонации, и делает выводы согласно кодексу.

— А на магию он реагирует?

— Только на боевую, — ответила девушка. — Остальное использовать бесполезно. Он улавливает даже смену личины.

""Но вряд ли уловит хладнокровие"", — чуть было не сказал я, но вовремя прикусил язык."

"— Чип-браслеты снимут, как только тебя заведут в кабинет дознавателя, — продолжила Вагош. — Теперь слушай и запоминай. Инквизитору — дознавателю не нужно знать всю правду. Поэтому слушай: я обратилась к тебе за помощью, потому что не доверяла никому из храмовников.

Ты откликнулся на мою просьбу, и помог раскрыть британца. Но после того как Эрон выдал имя жреца, я узнала о том, что старик одержим демоном. Не Кавилем, а именно демоном. Понял?

— Не дурак, — проворчал я.

— И я поняла, что храмовники не смогут задержать жреца. Действовать нужно было быстро, поэтому я снова обратилась к тебе за помощью. И вместе, нам удалось отправить демона в подземный мир.

— Звучит логично, — согласился я.

— Только жрец скажет другое.

— Естественно. Только никто не поверит, что в старика вселился Кавиль. Это всем не выгодно. И в первую очередь, самим жрецам, репутация которых сильно пострадает. Одно дело, когда одержимый демоном — спятивший старик. И глупец заключил сделку с европейцами, и совсем другое, когда в этом замешан бог. Да ещё из высшего пантеона.

— Твоя правда, — согласился я, и девушка самодовольно улыбнулась:

— Вот и чудно.

Я поморщился. Пустота внутри начала расти, словно поглощая все остальные чувства.

Наказывала такая тоска, что захотелось завыть. Я зябко поежился и замотал головой, отгоняя дурные мысли.

— Ломает? — уточнила Вагош, и я кивнул:

— Без силы как-то… неуютно. Не думал, что так быстро привыкну к этой сверхспособности.

Ведьмачка улыбнулась:

— К хорошему быстро привыкаешь.

— Это да, — согласился я. — А ты? Как справляешься?

— Ну… — Вагош посмурнела и явно не хотела ничего пояснять.

— Можешь не говорить, — отозвался негромко, но индианка покачала головой.

— Тут не принято показывать свою слабость. Нельзя, — девушка невесело вздохнула. — Мои родители, те, которые тут, — она повела плечами, будто на них лежало что-то тяжелое, — они воспитывали свою дочь так, как повелели им предки и боги. А мне было сложно понять, чего они от меня хотят. Не знала, как стоило себя вести.

— Ясно, — рассеянно сказал я.

— Не думаю, что ты понимаешь, — ответил она.